Тайна «Красной Москвы»

А других покупателей антиквары стращают: «Берите, а то скоро у нас Брокар появится – и боле вы такой замечательной вещички приобрести уже не сможете».

Но в тот момент, когда Анри рассматривал старинные вещи, он был так счастлив, что это стоило любых денег.

Средства у него имелись, причем значительные.

А вот счастья – во всяком случае, полного счастья, того, о котором мечталось, – вот его-то обрести не удалось.

Роскошные антикварные вещи, дорогие и изысканные – они заменяли для Анри именно счастье, к которому он стремился и которое так и не смог получить.

Это была его месть? Его отчаяние? Или, может, облегчение?..

Зайдя домой, Анри попытался не раздеваясь пройти в свою мастерскую и сложить купленные вещи там. Однако Шарлотта, обладавшая невероятно острым слухом, выбежала из гостиной. И с досадой нахмурилась:

– О, Анри! Ты опять?! Опять накупил всякой всячины! В нашем доме скоро будет не развернуться!

Брокар виновато молчал.

Разумеется, Шарлотта права. Он покупает слишком много.

Антикварными вещами забиты и гостиная, и спальня, и даже детские.

Как быстро летит время… Дочь Евгения уже невеста, интересуется, как и все девушки в ее возрасте, кавалерами и стихами. А вот мальчишки, Эмиль и Александр, в лучшую сторону отличаются от ровесников. Им не до шумных игр, они живут в мире запахов. Сыновьям разве что обнюхать дорогие старинные вещи, которыми завалена их комната, хочется, а не баловаться с ними.

– Еще только попробуй что-нибудь принести! – не унималась жена.

 – Ты перетащил к нам в дом все, что было в антикварных лавках Москвы! Распоряжусь домой не пускать, коли опять с барахлом заявишься!

Наверное, на лице Анри отразилась такая тоска, что Шарлотта спохватилась, поцеловала мужа в губы и ободряюще улыбнулась:

– Это ничего, что так много у нас вещей. Нам надо просто найти для них другое место, не наш дом. И выставить их там. Пусть люди смотрят, ходят же к Третьякову.

Брокар почувствовал, как предательски дрожат губы.

У него есть все: деньги, признание, любимая жена, хорошие детки.

И вроде бы грех Бога гневить жалобами да стенаниями.

Да только вот все равно сам себя не обманешь.

Нет у него того, ради чего он приехал в Россию. Мальчишкой мечтал он о том, как сочинит ароматы сладкие, как сама любовь, глубокие, как небо, незабываемые, как солнечный свет. Сейчас в волосах полно седины. А эта мечта так далека, словно и не было этих долгих лет напряженного труда…

Мыло мятное, мыло кокосовое.