Слияние Лун

Вещь оказалась огромным куском ткани белого цвета.

– Что это? – девушка вертела полотно, походившее размерами на простыню.

– Альтернатива.

Он так и стоял спиной к ней, не соизволив даже повернуться.

– Платок? – Ники, наконец, поняла, что это.

– Да, – Сетан чуть кивнул головой. – Не нужно привлекать к нам особого внимания. Белые иностранцы здесь редкость.

8.

Ники с любопытством рассматривала интерьер кафе.

Было заметно, что горчичного цвета стены, украшенные картинами, с изображением цветов и плодов и декорированные белой лепниной, совсем недавно обновили.

С потолка свисали две вычурные люстры, похожие на ворох желтых листьев. Квадратные столики, на четыре персоны каждый, покрывали льняные, на удивление чистые скатерти. В одном из углов примостился огромный ламповый телевизор, выключенный в это время дня. Впрочем, он мог служить здесь как предмет интерьера. В другом углу стоял большой, в римском стиле, белоснежный гипсовый вазон на постаменте, так же обильно украшенный лепкой. В центре зала возвышалась тонкая колонна, подпиравшая потолок.

И лишь пол, застланный обшарпанным линолеумом, портил впечатление.

– Итальянский стиль. Мебель и декор сохранились еще с эпохи присутствия здесь макаронников, – прокомментировал Сетан обстановку зала.

Наконец, принесли заказ. Официантка, полноватая дама средних лет, быстро расставила тарелки с едой и молча ушла.

– На ней нормальная одежда, – Ники кивнула в сторону уходящей женщины, одетой в синие джинсы и малиновую майку.

– Тебе обязательно нужны доказательства моих слов? – ее спутник уже принялся за еду: ризотто с грибами и запеченную рыбу.

– Да, – девушка так и не притронулась к своей порции.

– Не будешь есть? – он хмыкнул. – Надеешься пообедать в посольстве овсяной кашей?

– Хотя бы так, – Ники зарделась.

Мужчина взглянул на нее с любопытством, но тотчас опять занялся едой. Она мимоходом отметила про себя, что ест он красиво. Именно красиво, как человек, привыкший обедать в дорогих ресторанах, не спеша, не торопясь, смаковать каждый кусочек, наслаждаться вкусом дорогих блюд.

Это бесило. Почему-то хотелось найти в нем недостатки, скелеты в шкафу. Но даже татуировка на его лице, уже не казалась такой шокирующей.

В ней боролись два чувства – голод и… упрямство, доказать что-то. Откуда вдруг взялось второе, Ники не понимала сама и словно обиженный подросток не хотела принять отношение этого мужчины к себе.