Кофе для Яны

На правой руке все еще была надета старинная прабабушкина перчатка. Яна стала рассматривать е еще внимательнее. На ней, конечно, не было явных пятен, но было видно, что она была тоже чем-то когда-то сильно испачкана, а большой палец – он не просто был отрезан. Было видно, что когда-то он был сильно порван, а потом чьи-то аккуратные руки, с одной стороны, ножницами подровняли лохмотья.

Яна подумала, что она сходит с ума. Ну надо же такому присниться! Ей стало страшно. Она быстро сложила перчатку, уложила ее обратно в коробочку и тихо отнесла все на антресоль, туда, где она хранилась раньше.

Туда, где этому и место. Подальше. В прошлое.

….

Для всего в жизни находится объяснение. И тут Яна нашла его, конечно. Тут показалось, там приснилось, эмоции, воображение, надо заканчивать уже мечтать, пора жить нормальной обычной жизнью. И она решила забыть и про свою неудачную любовь, и про случайное видение, приснившееся ей летней ночью, и так неожиданно поразившее. Позабыть, конечно, не получается, но вот отложить, не вспоминать, не рассказывать, это запросто.

Глава 5 Девичьи откровения

С самого утра Яна готовилась к встрече с Иронькой. Так ей было приятно, что они встретились, так о многом хотелось рассказать. В их недолгом разговоре в салоне она почувствовала искренний интерес к ней, к ее жизни, захотелось поделиться и узнать побольше об Ироньке в ответ. Когда в голове всплывали воспоминания школьных лет, Яна всегда с нежностью вспоминала Ироньку.

Та была всегда как феечка, – легкая, беззаботная, маленькая, блестящая. Яна не дружила с ней не потому, что не хотела. Как-то не было точек соприкосновения. Иронька всегда была такая быстрая, такая летящая, такая волшебная, было так прекрасно наблюдать за ней и любоваться со стороны. Дружба – что-то земное. Нельзя дружить с феями. Ими надо восхищаться со стороны.

Выглядела она всегда очень по-разному и всегда очень мило. В школе, в 9 классе, у нее была короткая стрижка, выбеленная челка и крашеный в малиновый цвет затылок.

Ее мама была мастером причесок в салоне, – соответственно, тут не было проблем с переменой имиджа, порой она перекрашивалась в синий или розовый, но чаще всего это был красный. Это не смотрелось ни вульгарно, ни вызывающе, это выглядело всегда очень мило, опрятно, цельно, и даже престарелые строгие учителя редко делали ей замечания по поводу ее внешнего вида.

Сейчас Ироньке уже ничего такого не хотелось.