Троян

Но не злоупотреблял!

– Ты что, за дурака меня держишь? – прошипел Кастро, – Какие самолёты в Никарагуа?

– Небольшие. Авиетки. Цэрэушные лётчики перебрасывают на них кокаин. За рейс – не больше полтонны. Самолёты маленькие, зато беспрепятственно могут летать через границы стран Латиносов… На всю Никарагуа одна-единственная радиолокационная станция. Расположена она в столичном аэропорту и покрывает воздушное пространство лишь треть…Летай – не хочу! Вот авиетки и наяривают – челноками возят кокс.

– Кто стоит во главе наркопирамиды?

– Я не знаю! Честно не знаю! Но у наркодилеров в США очень крутая крыша! Создана целая организация с банковской структурой по отмыванию наркодолларов, – ответил Карлос.

– О каких суммах идёт речь?

– Денег очень много. Партии наркотиков идут каждый день.

– Каким образом товар попадает в США?

– Изобретательность наркоторговцев не знает предела! Они используют рыболовецкие суда. Контейнеры-торпеды буксируют грузы, снабжённые радиомаяками, под водой.

При угрозе задержания, их отцепляют и затапливают. Затем находят, поднимают и везут дальше. Транспортируют «кокс» и в контейнеровозах. Досмотреть всё невозможно. К тому же, коррумпированность таможни не знает предела! Быстроходные катера уходят от преследования береговой охраны стран Центральной Америки, в арсенале которых одни старые посудины. Наркоторговцы разбогатели до такой степени, что приобретают даже списанные подводные лодки!..

Фидель вызвал конвой и произнёс, обращаясь к предателю:

– Обо всех подробностях своих взаимоотношений с цэрэушниками, включая явки, пароли, прослушки ты обстоятельно расскажешь коронеру[18 - Следователь].

Попробуешь что-нибудь утаить – закончишь жизнь в сапоге[19 - Испанский сапог – одно из самых страшных орудий пыток]!

Карлоса увели, а Фидель вызвал своего помощника и надиктовал ему текст депеши, которую велел немедленно доставить в посольство СССР в Гаване.

Таинственное исчезновение

24 февраля 1969 года.

Москва. Лубянка.

Утро у генерал-лейтенанта Локтева ушло на разборку почты. Скопилась уйма бумаг, каждая из которых, требовала личного участия, внимания и времени, которого у руководителя подразделения «С» (нелегальной разведки) Первого главного управления КГБ СССР, было, до крайности, мало.

За окном разыгралась метель. Не видно ни зги. Стояла жуткая февральская стужа.

В кабинете жарко. Генерал подошёл к окну и открыл форточку.

Адъютант принёс кофе.