Мой пленник, моя жизнь

– Пошевеливайся. – Меня толкнули в спину, я не удержался и упал. Раздался дружный хохот, меня схватили за волосы и так же рывком поставили на ноги, а я зашипел от боли.

– Похоже, ему что-то не нравится, Шим, – проговорил один из провожатых.

– Думаю, всем на это плевать, Жеан, – ответил второй. – Давай, шевелись, или ползком поползешь.

Нет уж, не доставлю такой радости. Постарался кое-как ускорить шаг, только все шаталось и кружилось, а к горлу подступала тошнота. Видимо, сотрясение. Впрочем, могло быть и хуже.

Или это уже – хуже? Постепенно возвращалась способность мыслить. И то, до чего додумался, совсем не радовало. Если верить первым наблюдениям, мы находились в литонском лагере. И нас слишком мало, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Погибли… Как и говорила Илли, почти все мои соратники погибли. Как я мог просчитаться? Это ведь моя вина. Что стоило начать операцию раньше? Чего я ждал? Мысли путались, голова невыносимо болела. Кто-то снова толкнул меня в спину, и я полетел на землю, сдирая колени.

– Вот, привели, командир, – послышался голос солдата. Я поднял голову и увидел того самого светловолосого мужчину, спутника целительницы Эмми. Боевой маг… Неужели именно его вмешательство стоило мне свободы?

– Выглядят жалко, – усмехнулся тот. – Допросить, и будем ждать указа от его величества, что делать с пленными дальше.

И пошел прочь, а меня снова потащили куда-то. Бросили под деревом, словно куль с мукой. Начали не с меня… Мой товарищ по несчастью истошно кричал, а я закрыл глаза, потому что каждый крик отдавался болью в голове.

Его били ботинками, превращая в кровавое месиво. Стоит ли удивляться, что он так быстро сдался?

– Я не знаю точной численности армии, – бормотал он. – Пощадите, это правда! Была операция, которую задумал полковник Аттеус.

К счастью, при этом он и не взглянул в мою сторону.

– Это должна была быть ловушка, – объяснял солдат сбивчиво. – Но что-то не сложилось.

– Где сам полковник Аттеус? – спрашивал пожилой литонец.

– Не знаю… Мертв.

Лучше бы я был мертв! Потому что не питал никаких иллюзий. Я ранен, голоден, без сил. Даже если получится сбежать, далеко не убегу. И это не Изельгард, где можно ожидать помощи, а вражеская страна. Меня выдадут в первой же деревушке, где попрошу еды. Но лучше погибнуть при попытке побега, чем сдаться. Главное – не кричать, не доставить им такой радости. Или притвориться…

Беднягу оставили в покое и принялись за меня.