Проклятие любить. Фантазии, романтика, пара навсегда

Мягкие туфли, как и брюки, выбрала по той причине, что не знала, куда меня потащит этот нахальный Джексон.

Генри опоздал, на целый час, я уже собиралась идти завтракать, когда в дверь нервно постучали.

– Выходи быстрее, – раздался из-за двери шепот Генри, – еле нашел твою комнату.

Я выскочила в коридор и громко спросила:

– Что так долго господин провожатый?

На меня зашикали, схватили за руку и потащили вниз к выходу их общежития.

Послышался голос нашей вахтерши строгой гномихи мадам Трифус.

– Найду я тебя паршивец, все хвосты поотрываю, – гневно ругалась на кого-то вахтерша.

Генри схватил меня и затолкал в огромный шкаф размером с хорошего орка, в котором хранился инвентарь для уборщиц и сменное постельное белье. Сам забрался следом и закрыл двери.

– Генри, что ты делаешь? – попыталась возмутиться я

– Шшшш, пусть пройдет, – шепотом пояснил Джексон.

Мадам Трифус грозно топала по коридору и ругалась на чем свет стоит:

– Драконий хвост мне в глотку! Когда уже этот Джексон отучиться? Каждый год одно и то же, всех девок мне попортит до начала занятий.

Опять пробрался в женское общежитие. И ведь прикрывают паршивца. Делала же обход вчера, не было никого. Чем только соблазняет? На роже же написано, что бабник. Куда только лорд Зейнц смотрит, надо попросить наложить на Джексона заклятие охлаждения. Так этот какую-нибудь чародейку уговорит снять, и по новой начнет мне девок портить. Вот беда-то на мою голову.

Я большими глазами посмотрела на Генри. Тот виновато пожал плечами, мол – ну что я сделаю? Старая уже, сама не знает, что говорит.

Когда вахтерша прошла, мы выскользнули из шкафа и на цыпочках побежали к выходу.

– Ты есть хочешь? Я очень хочу, пойдем в столовку темных проведу, – не спрашивая, а утверждая начал разговор Генри.

– Ну ты, Наставничек, и даешь, а как же любимая я весь твой? – начала издеваться я

– Так, а я в ваше общежитие только ради тебя и пришел, дай думаю проверю, сладко ли спиться моей возлюбленной. А тут эти малолетние распущенные женщины, «Генри ты такой веселый, в университете скучно, парни все уродливые нахалы, двух слов сказать не могут, повесели девушек, расскажи как ты с демонами сражался, как один против пятерых троллей за честь дамы вступился».

А я что? На лесть слабый. Пошел к ним, думаю на часок, а то неудобно перед Деканом, надо же не посрамить честь университета, показать, что есть еще нормальные мужчины у нас. Но ты не подумай я ни-ни, только словом – только словом.