Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

Эти лапы покоились на объемном пузе, перепоясанном красным кушаком. Темно-зеленая свитка с трудом сходилась на мужике, грозя растерять костяные пуговицы по закоулкам лавки. Замаранные дёгтем сапожищи разили на весь зал. Маленькие поросячьи глазки терялись на фоне толстых щек и здорового мясистого носа, характерного помидорного цвета.

– А ну-тка, паненка, – пророкотал он, заставляя стеллажи задрожать, – неужто у вас тут цельная книжная лавка?

– Да, почтенный пан, – как можно вежливей ответила я, но следующий вопрос все же выбил меня из равновесия.

– Что, и книжку можно купить?

– Если у почтенного пана хватит левков

, то можно и купить.

– А если не хватит? – спесь слегка слетела с мужика.

– А если не хватит, то можно просто поглядеть! – отрубила я, видя, как он нетерпеливо потирает не шибко чистые руки, и припечатала: – А то если обложки попачкать ещё дороже выйдет… Так чего почтеннейший желает?

Мужик заволновался и, спрятал грязные руки, заложив большие пальцы за кушак.

– Почтовый из Канатецки, – представился он, сдвигая на затылок кучерскую шапку. – Груз заберите, и это, доставку, того…

Груз? Вот Врочек, вот гад! Мог бы хоть предупредить, что сегодня привезут новые книги. И где мне теперь, спрашивается, деньги искать? Там же на сотню левков, не меньше!

– Он утром тебе в столе кошель оставил, – прошелестела над ухом Ася, возникая за моим левым плечом подобно духу-губителю.

Несчастный почтальон сдавленно икнул, попятился к двери, оступился на пороге и вывалился на улицу, усевшись на мостовую. Толстый книголюб всё пялился на полки и Анисию не заметил.

– Ася, ну нельзя же так, – укоризненно проговорила я, запуская руки в верхний ящик.

Выудила туго набитый кошель и поспешила наружу. Прямо напротив дверей стояла запряженная парой мохнатых лошадок почтовая карета. Кучер, отряхнув штаны, торопливо снимал с запяток приличных размеров сундук, обтянутый промасленной парусиной.

– И почто пан торговец покойницу эту в лавке держит? – неприязненно произнес он, опуская сундук на землю. – За каждым разом, как к вам заезжаю, седых волос добавляется.

– Пан Врочек не торговец, – сухо одернула я.

Сам Франц всегда жутко обижался, когда его так называли, огрызался, что торгуют коробейники на ярмарке или мошенники в купеческой гильдии.