Феномен Аполлона Иллюзорова. К чертям все…

Инвестиционному банкиру, если это, конечно, не шутка, не пристало быть похожим на купидона, пусть и повзрослевшего, располневшего и обрюзгшего, а также порядком опошлившегося и разменявшего крылья на всякие мелочи жизни.

Аполлон подошел к плетеной корзине с чистым бельем, извлек оттуда свежие трусы и переоделся. К слову сказать, он был самым настоящим фетишистом в отношении своего же нижнего белья. Трусов у него было более ста штук – все разной формы и разных расцветок под настроение. Сегодня он выбрал зеленые с красным рисуночком в виде знаков вопроса, разбросанных в произвольной форме, что должно было символизировать некую неопределенность.

На кафельном полу как результат усиленного мытья физиономии образовалась большая лужа, и Аполлон чуть было не поскользнулся, когда попытался соскрести с пола свой вчерашний костюм и рубашку. Белая рубашка окрасилась чем-то синим и была вся мокрая. Костюм тоже сильно попортился.

«Сдам в химчистку,» – подумал Аполлон и принялся вытирать лужу рубашкой, подцепив ее пальцами ног, после чего забросил рубашку в круглый зев стиральной машины и в очередном приступе тошноты сунул голову под струю прохладной воды

В дверь постучало «создание».

– Ангел мой, ты скоро? Я уже заждалась!

Дребезжащие нотки пьяного голоса резанули по ушам. Аполлон вздрогнул и выдернул голову из-под крана.

– Рыбонька, поищи чего-нибудь в баре, мне нужно время, – протянул Аполлон, еле скрывая раздражение.

– Уже нашла, ангел мой, – сказал довольный голос.

«Не про мою честь, роднуша, – скрипел зубами Аполлон, размышляя про себя. – Ненавижу, ненавижу, ненавижу когда меня называют ангелом, котенком и прочими дрянными детскими прозвищами.»

– Я немного занят. Привожу себя в порядок. Давай чуть позже.

– Ну, пожалуйста! – захныкала девица. – Мне там скучно одной. Я же не алкоголичка в одиночку прикладываться. Выходи, Леопольд. Или я к тебе. Потрем друг другу спинки.

Сдавленное хихиканье за дверью.

Аполлону уже давно открылась маленькая правда жизни: одна из самых гадких вещей на свете – пьяная, потерявшая стыд баба.

– Я сказал, нет.

Он неосторожно дернулся и опрокинул бак с грязным бельем. Из бака вывалился электронный офисный пропуск.

«Так бы и постирал, епт», – подумал Аполлон.

– Ангелочек, я тебе помогу, пусти меня.

– Нет! – отрезал Аполлон гневно. – Я должен побыть один!

– Ой, какие мы лирические.