Феномен Аполлона Иллюзорова. К чертям все…

– Дело сделано, – сказал Каки и с довольным видом захлопнул книжонку.

Аполлон почувствовал, что головокружение усилилось. И вскоре переросло в настоящую карусель с пляшущими по кругу лошадками.

Очнулся Аполлон дома в своей комнате на старом диване с бежевым плюшевым пледом. В глазах у мальчика предательски рябило. Голова вращалась так, будто лошадки никуда и не девались. Подташнивало. И традиционный легкий озноб. Наблюдались классические признаки алкогольного опьянения.

Школьник младших классов Аполлон Иллюзоров был мертвецки пьян.

Часы показывали шесть. Скоро должна была придти мама. И она пришла.

Мама вошла в комнату, как всегда с заготовленными наперед поцелуями и жаркими объятиями. Аполлон попытался вывернуться, изловчиться, дабы не выдать себя, но тут же предательски дыхнул маме в лицо. Она подскочила, как ошпаренная. Молча выбежала из комнаты. Было слышно, как она наливает из кувшина воду и пьет большими шумными глотками.

Мальчику было все равно. Он отдыхал. И еще ему почему-то показалось, что все это сон.

Он, пьяный на диване – сон. И мама, которая прячется от горькой правды на семиметровой кухне – сон. И джинны в коробках – сон. И все плохое в жизни – сон.

* * *

Наутро соседка у подъезда голосила так, что слышал весь дом: «…нашли в котловане… А внутри – Витька из первого подъезда, Сергей из второго и его сосед Анатолий, все голые, скрюченные, со связанными руками и ногами! Ничего не говорят, только угукают по-ненашенски и глазки таращат! Маньяк, вам говорю, маньяк завёлся! Куда только милиция смотрит! Хотя, знамо куда – участковый, вона, вторую неделю в запое!.

.»

Аполлон пил весь день кефир. Сидел в своей комнате и пытался собраться с мыслями. Мама так и не сказала ни слова. Видимо, в силу смиренного характера, ну и, конечно, сыграл свою роль фактор неожиданности.

Глава 2

Субботнее утро выдалось скверным. Аполлон стоял в трусах-боксерках полосатой расцветки и буравил глазами большое зеркало над «мойдодыром» в ванной комнате, вглядываясь в отражение своей физиономии.

Припухшее лицо, нос – туда же, глаза, как пересохшее синее море – следствие размашистого отмечания «тридцатника». Ещё одно следствие в настоящий момент мурлыкало в спальне, накачиваясь содержимым бара. Аполлон содрогнулся при мысли об этом «создании» и сунул голову под струю холодной воды. Золотистые кудряшки намокли и распрямились.

Обычно Аполлон выпрямлял свои кудри щипцами и феном, перед тем как пойти на работу.