Сладкая пытка

А на поле боя не избежать больших потерь.

– Я не хочу заполучить свободу такой ценой.

– Ты думаешь, что я убью его, не так ли?

– Ты дал мне это понять.

– Действительно, можно легко устроить переход престола его наследнику, – криво усмехнулся Нумар. – Но, знаешь ли, я не собираюсь лишать его жизни. Я только лишу его Зафраны и большинства принадлежащих ему капиталов.

Дженан внимательно посмотрела на Нумара, пока не убедилась, что он говорит правду, и с облегчением рухнула обратно на диван.

– В какой-то момент мне показалось, что я только что подписала смертный приговор Хасану.

– Это решение было бы самым благоразумным. Но я не позволю ему так легко отделаться. Его действия заслуживают неспешного наказания.

– Не пугай меня! Ты что, и правда решил убить его?

Нумар только пожал плечами:

– Убивать или не убивать, вот в чем вопрос.

Дженан не удержалась от смеха:

– Ты монстр! Но все-таки скажи: что ты намерен предпринять?

– Ты сделала заказ, поэтому жди, и я позабочусь обо всем так, как считаю нужным.

– Просящим милостыню выбирать не приходится, не так ли?

– Тебе никогда не придется просить милостыню, и ты всегда будешь принцессой, чьи запросы должны удовлетворяться.

– Если для тебя так важны мои просьбы, обещай, что не перегнешь палку. Сделай только то, что необходимо для моего освобождения и для того, чтобы вернуть Зафране экономическую независимость. Я не хочу, чтобы пострадал мой отец или Зафрана. Или Сарая.

Нумар склонил голову, и Дженан представила, как его густые шелковистые волосы рассыпаются по его плечам.

– Обещаю действовать с осторожностью хирурга. После моей операции целая страна станет здоровее. Ради тебя.

– Ты на самом деле собираешься это сделать! – задыхаясь от волнения, выпалила Дженан. – Боже мой, просто дай мне пару секунд, чтобы прийти в себя.

– Можешь взять столько времени, сколько тебе нужно. – Нумар потянулся к ней и с наслаждением прикоснулся к шелковистой пряди ее волос. – Но ты можешь начать отмечать свое освобождение прямо сейчас.

Джен прикрыла глаза, чтобы не заплакать.

– Я должна извиниться.

– Никогда не извиняйся. Только не передо мной, – нахмурился Нумар. – И за что ты хочешь попросить прощения?

– За то, что я тогда подумала о тебе.

– И что же ты подумала?

– Что ты ничего не делаешь по доброте сердечной. Что у тебя просто нет сердца.

– Ты была права, – печально заметил Нумар. – У меня нет сердца.

– Но я все равно ошибалась.