Дракон с королевским клеймом

Внезапно захотелось повернуть голову и посмотреть, кто сидит рядом с зажженной лампой… Но не получилось. Как будто разум заключили в деревянную куклу, и он, Итан, отныне будет шевелиться только тогда, когда им захотят поиграть. Проклятая Бездна!

Ему не хотелось быть игрушкой. Все, о чем он просил Великих Пятерых, – чтоб хотя бы умереть свободным. Но и в этом ему было отказано, с особым цинизмом отказано. Его снова сделали рабом.

«Ничего, – подумал он, – тут либо надо умереть, либо сбежать.

И если я до сих пор жив, то, наверное, что-то произошло, что-то очень важное… И коль я до сих пор не умер, значит, смогу убежать. Никакое клеймо, никакое колечко меня здесь не удержат».

И он даже улыбнулся собственным мыслям, потому что знал: его решимости хватит, для того чтобы срезать нанесенное каллиграфом клеймо. Да он, пожалуй, и зубами его выгрызет, дайте только возможность повернуть голову…

Скрипнула открываемая дверь, едва слышно, и точно так же, на границе слышимости, – мягкие неторопливые шаги.

Итан закрыл глаза. Кто бы это ни был, пусть думает, что он еще не пришел в себя.

– Тавилла, ты что, уснула? – Тихий и очень усталый голос.

– Ой… Так ведь ночь, госпожа, миленькая. Ну и этот ваш… не шевелится. Но вроде бы дышит. – А этот голос куда старше. Итан вспомнил, что тогда, в холле, присутствовала еще и немолодая коренастая женщина, по виду – прислуга. Скорее всего, это и есть она.

– Чтобы он зашевелился, надо еще приготовить катализатор, – негромко ответил первый голос.

И, услышав это, Итан мысленно проклял всех богов. Мало того что его сделали рабом, так он еще и попал к бабе-алхимику! Хуже некуда, в самом деле. Однако он нашел в себе силы по-прежнему лежать с закрытыми глазами, и даже дыхание почти не сбилось.

– Госпожа, милая моя, как ваша прогулка-то прошла?

Вздох. Он был исполнен такой горькой безнадежности, что Итан даже удивился. И с чего бы ей так горевать?

– Плохо, Тавилла.

Отвратительно. Господин наместник намекает, что вернет счета мужа, но только в том случае, если я стану его любовницей…

– Так что в том плохого? – искренне удивилась служанка. – Вы-то, чай, не девица уже.

– Да что ты говоришь? – Голос госпожи вдруг сорвался. – Я даже представить не могу, чтоб с ним… Да что там, противный он. Не хочу.

– Может, стерпится, а там и понравится, – проворчала служанка.

А Итану захотелось ее удавить.