Госпожа пустошей

Лорин отошла, оперлась бедрами о край столика. Жажда разгоралась нешуточно, и она уже не совсем понимала, чего больше хочет – то ли этого великолепно сложенного мужчину, то ли просто его крови. Клыки надоедливо резали десна.

Она откинулась назад, позволяя ему себя целовать. Испепеляющий жар ладони скользнул по бедру, все выше и выше, сминая прозрачный кружевной подол. Лорин обвила его ногами, впуская в себя, чувствуя, как с каждым резким, судорожным движением ей становится теплее. Закрыв глаза, лизнула солоноватую кожу над ключицей.

Вслушалась в бешеный стук чужого сердца. И в тот миг, когда накрыла теплая, очень человеческая волна наслаждения, прокусила вену.

Мир взорвался тысячей цветных стеклышек-осколков.

Обжигающая волна прокатилась по горлу, растекаясь, разбегаясь зыбкой рябью по телу, полыхая жидким огнем под кожей. Согревая. Делая почти… живой.

Лорин затрепетала, сживаясь с ощущением того, что руки, сжимающие ее в объятиях, больше не кажутся чересчур горячими. Судорожно сглатывая кровь и обвив Демена как хищная лиана, она пила его прожитые годы, смакуя как выдержанное вино.

Бесконечные образы лились сквозь ее сознание. Взрослый Демен на охоте перерезает горло вепрю. Юный Демен дает присягу верности тощему и вечно бледному Велеславу. Он же с первой своей женщиной, угловатый и неловкий… А потом она увидела мальчика, хорошенького, с большими карими глазенками и ссадиной на коленке. Он стоял посреди дороги, смотрел куда-то вдаль, приложив грязную ладошку ко лбу и тем самым прикрывая глаза от палящих лучей солнца. Легкий ветерок шевелил каштановые кудряшки.

Лорин заставила себя оторваться. Провела языком по ране, закрывая ее, а затем, с божественным вкусом крови во рту, поцеловала Демена. Сладко. Некрос, как ей было сладко…

Демен вздохнул едва слышно и отстранился. Дышал тяжело, с присвистом, как будто каждый вдох давался с трудом. Лорин почувствовала, как по внутренней стороне бедра потекло что-то теплое. И в этот миг мужчина, только что доставивший ей столь утонченное удовольствие, неловко пошатнулся.

Лорин быстро подставила плечо, подвела его к кровати. Даже сейчас, бледный до синевы, он был необычайно хорош.

– Тебе надо отдохнуть, – не удержавшись, прошлась языком по линии подбородка.

– Госпожа…

– Если я обещала, ты выйдешь отсюда живым.

Мелькнула соблазнительная мысль – а не попробовать ли его обратить, чтобы хоть кто-нибудь занял места Эйвана рядом с ней?

Обращение не было предусмотрено.