Наследник для бандита

– Какой? – ее ресницы невинно трепещут, – Про вино я ответила.

– Я о моем предложении, Мария…

– Что-то не припомню, чтобы мне что-то предлагали, – она хмурит брови и ведёт плечами.

– Я предложил тебе выйти за меня замуж, – понижая голос, рычу, и чувствую, как меня снова начинает топить в бесиве.

Что ж за женщина!

– А! – она иронично склоняет голову на бок, – Ты сказал, что я могу считать… А я не могу.

– Почему?

– Потому что не хочу, – она пожимает плечами.

– Хорошо! – меня взрывает, – Тогда чего ты хочешь?

– Кричать, но ты мне запретил.

А ещё запретил мне отдельно жить и работать, – Маша остервенело отпиливает ножом маленький кусочек стейка и кладёт его в рот.

– Хорошо… – я сдаюсь, – Скажи словами, что хочешь крикнуть.

– Ооо, – ее губы трогает едкая улыбка, – Правда можно?

Я киваю.

– Это – пожалуйста, – набирает в лёгкие побольше воздуха, – Ты – хам и зарвавшийся эгоист. Сексист, мизантроп и тиран. Я отказываюсь стать твоей женой…

– Но ты здесь, – прерываю я ее монолог, и стискиваю в руках столовые приборы, – Почему тогда не ушла, если я так мерзок?

– Влюблённые женщины склонны оправдывать предметы своей благосклонности, – Маша скрещивает руки на груди и откидывается на спинку стула.

– Это можно принимать, как признание в любви?

– Принимай, чего уж, – она поджимает губы, и я чувствую, как мое сердце начинает разгоняться.

Кто кого, блять, сейчас воспитывает?

– Значит, ты представляла предложение руки и сердца иначе, – делаю я вывод, крепко стискивая столовые приборы.

– Представь себе, – она кивает, – У девушек бывают разные глупые фантазии. И в них им в лицо не швыряют несколько миллионов грозные дяденьки.

– Правда? – на этом месте мои брови искренне ползут вверх, – Что-то мой опыт показывает обратное.

– У тебя был какой-то ущербный опыт, – девушка небрежно ведёт бровью, снимает с колен салфетку и с раздражением кладёт ее на стол, – Отвези меня, пожалуйста, домой. Спасибо за вечер. Мне достаточно.

Плохо! Мне тошно от самого себя.

И я понимаю, что дом Марья имеет ввиду свой.

– Я подожду в машине, – она встаёт и, не оборачиваясь, направляется к выходу из зала.

Швыряю купюры на стол и догоняю девушку в коридоре.

– Постой, – хватаю ее за руку и вжимаю в себя, – Давай сначала…

Втыкаюсь носом в ее щечку и веду по скуле до ушка. Ну же, моя девочка, прощай меня.

– Люблю тебя, это правда, Маш, – шепчу ей, – Да, я не пушистый заяц, тебе придётся смириться.