Не моя жена

И, видимо, на моем лице появляется слишком циничная ухмылка, потому что муж накрывает мою руку своей и предупреждающе ее сжимает.

– Нет, мама, – отвечает вместо меня. – Пока у нас ничего не вышло.

– Вот горе то, – она всплескивает руками. – Ты знаешь, – опускается за стол и впивается в меня внимательным взглядом. – Я передачу смотрела недавно о бесплодии. Там какой-то очень именитый врач говорил, что одна из самых главных причин отсутствия беременности – это ранние половые связи, венерические заболевания и аборты.

Может, было чего? Так полечится – не стыдно…

О! Я судорожно выдыхаю, в тысячный раз напоминая себе, что нельзя резонировать на ее выпады. Иначе – заработаю себе невроз. Но так тонко снова напомнить мне, кто я в ее глазах, это достойно высших похвал. Браво!

И я снова беру себя в руки.

– Ничего такого в моей биографии нет, – отвечаю, стискивая пальцами вилку.

– Ой, ну и слава Богу. – Активно кивает, будто отмахиваясь от дурных мыслей. – А то я как посмотрела, всю ночь не спала – думала…

– Мам… – тихонько шепчет мне на ухо сын, – можно я только рис поем? А остальное – не буду.

– Ты кушай медленно, как получится, – отвечаю ему также тихо, делая вид, что целую.

– … Думала это какой же грех женщины совершают, – продолжает свекровь. – Но хотя с другой стороны, чего голь плодить. Ох, такой вопрос сложный. Хорошо, что мы у тебя есть, правда, Таечка.

– Конечно, Ираида Павловна, – я отзываюсь максимально душевно. – Не знаю, чтобы я делала без Игоря… – поворачиваюсь и легко целую мужа в плечо, утыкаясь носом.

– Мама… – Игорь одобрительно сжимает под столом мое бедро, а я лежу на его плече, ожидая, пока с лица спадёт истеричная судорога. Господи! Как же я устала от этого цирка!

– Игорь, да я же ничего плохого не говорю. Наоборот. Вот в моей молодости. Попробуй, роди без мужа. Это и из комсомола б выгнали, и из института бы выгнали и «на ковёр» вызвали. Так бы песочили, что само б все рассосалось… – она тянется к небольшому баранчику и снимает с него крышку.

 – Тая, ты мне не поможешь? – Разворачивает и пододвигает ближе ко мне изогнутый в немом крике, со вздернутым кончиком вверх телячий язык. – Порежь кусочками. – Свекровь невозмутимо подает мне вилку с ножом.

Сердце в моей груди разгоняется от ужаса и отвращения.

– Мамочка, – дёргает меня Лешка. – А что это такое?

– Мясушко… – отзываюсь тихо, понимая, что мне срочно нужно выйти из-за стола.