Швец. Второй шанс для бандита

Марье приносят фирменный детский сундучок от ресторана с фломастерами, раскрасками и прочими играми.

– Ну, я тебя слушаю, – откидывается на спинку дивана Швецов.

– Что ты хочешь услышать? – я моментально ощетиниваюсь. Не могу это пока контролировать.

– Историю про гастрит, – напоминает он.

– А, тут все просто, – пожимаю плечами. – Я немного не доносила дочь, потому что ухаживала за мамой. В патологии новорожденных Марье занесли стафилококк. Чтобы вылечить, шарахнули антибиотиками, – горло перехватывает, потому что перед глазами встаёт убогое детское отделение с кювезами.

Вот и все… – развожу руками. – Кормление не наладили, потому что в молоке тоже был стафилококк. Была куча смесей. Ей мелкой все не подходило аж месяцев до четырёх. Спасибо твоим деньгам, – усмехаюсь. – Кое-как до полутора лет протянули. Потом я ночным оператором в такси работала. Год назад тетка устроилась в интернат и предложила устроить Марью.

Заканчиваю рассказ и чувствую, как внутри дрожит каждый орган. Мне хочется вцепиться Саше в лицо за все то, что мне пришлось пережить.

Ещё больше, за то, что пришлось все снова вспомнить. Господи, ну зачем он появился? Почему не раньше, когда мне нужна была поддержка, почему именно сейчас, когда я более-менее научилась жить?

– Понятно, – хмуро кивает Швецов.

– Мам, красиво? – демонстрирует мне дочь рисунок в лучших традициях Пикассо.

– Да, Машунь, очень, – киваю ей. – Ещё кого-нибудь нарисуй. Давай, вот, солнышко желтым…

Подаю ей фломастер. Беру из держателя салфетки и встаю из-за стола.

– Ты куда? – в панике дочь мгновенно теряет интерес к игрушкам. – Я с тобой… – вцепляется мне в рукав.

– Я сейчас вернусь, – говорю тихо и целую в макушку. Мягко снова подвигаю в Марье раскраску, понимая, что сейчас сорвусь и зарыдаю. Нужно срочно где-нибудь спрятаться и там перепсиховать.

– Ты куда собралась? – ловит меня за запястье Швецов.

– В туалет, – огрызаюсь, выдергивая руку.

Зайдя в кабинку, обнаруживаю на телефоне десять пропущенных вызовов от тётки и перезваниваю.

Пару минут слушаю от неё совершенно неуместные напутствия о том, как себя вести с «уважаемым человеком» и борюсь с острым желанием бросить трубку.

– Ладно, я все поняла, – теть Ир, – перебиваю ее. Мне пора.

– Варя, ты меня слушай, – не сдаётся она. – Я давно живу. Будь с мужиком ласкова, не огрызайся…

– Может, мне с ним ещё в постель лечь? – не сдерживаюсь я.

– А с тебя убудет? Он не алкоголик, не бомж, при деньгах.