Тонкие грани чувств

– Ты не уйдёшь Алиса, пока не кончишь. Со мной. – находит чувствительную точку и жестко массирует ритмичными движениями, запуская болезненную пульсацию по всему телу.

Кажется, что я распадаюсь на части, жаркие волны захлестывают меня, заставляют хвататься руками за его плечи, прикусывая тонкую ткань рубашки, чтобы не закричать.

– Сегодня, когда ляжешь с другим в постель ты будешь думать обо мне. – Рома отшвыривает меня от своей груди и резко выходит из туалета, грохнув об косяк дверью.

Держусь обеими руками за край раковины, чтобы не упасть, и стараюсь унять ещё до конца не отпульсировавшее удовольствие.

Пытаясь не зарыдать от обиды, поднимаю глаза и вижу в зеркале совершенно дикое зрелище. Макияж размазан по лицу, губы распухли, от причёски осталось одно название, глаза блестят, как у наркоманки.

Пора возвращаться в ресторан. Меня и так уже нет около двадцати минут. Придётся объясняться.

Кое-как восстанавливаю макияж, главное-крашу губы, волосы распускаю окончательно, долго держу запястья под струёй холодной воды, чтобы сбросить сердечный ритм.

Медленно иду по коридору, мне кажется, что все знают, чем я сейчас занималась. Понимаю, что это не возможно и немного успокаиваюсь.

На входе в зал сталкиваюсь с партнёрами Ивана, они уже уходят. Старший мужчина кивком головы прощается со мной, а младший впивается оценивающим взглядом, явно замечая перемены во внешнем виде. Берет меня за руку и целует пальцы, едва касаясь губами. Я слишком быстро стараюсь отдернуть руку, он довольно ухмыляется и уходит.

Возвращаюсь за стол и под тяжелым взглядом Ивана опускаюсь на своё место.

– Где ты была? – в голосе звучит металл.

С опаской поднимаю на мужчину глаза и натыкаюсь на два чёрных урагана вместо зрачков. Стараюсь держать себя в руках и говорить спокойным голосом.

– В туалете. Там была очередь, какой-то девушке стало плохо.

– Алиса, не ври мне. Забудь как это делается. Или ты думаешь, что я мало видел женщин после оргазма? Ты трахалась в туалете? – я понимаю, что только то, что мы в ресторане, удерживает Ивана, от того, чтобы объяснить мне на месте, как я не права.

 – А что делали твои пухлые губки? – проводит по ним большим пальцем, смазывая помаду.

– Я действительно не занималась в туалете сексом! – считаю, что говорю правду, но Иван больно сжимает мне запястье.

– Только что ты трижды нарушила договор. Пункты о лжи и других мужчинах. Я могу прямо сейчас аннулировать сделку или наказать тебя. На мой выбор.