Власть и страсть. Книга первая

– Замечательно! Я имею в виду ты хорошо это подметил… Только вот… – Конан Дойл остановился на секунду и потом сказал. – Я хотел было сказать, что эта твоя «маленькая деталь» может и ничего не значить. Однако поспешу себя опровергнуть – мой Шерлок Холмс всегда цеплялся именно за эти маленькие детали… Есть какие-то бумаги, переписка?

– В том и дело, что ничего нет!

– А чем занимался инженер? Где-то работал?

– Ничего не знаем! Никаких следов его деятельности.

– Так на что он жил? Надо выяснить, куда он ходил и, вообще, чем занимался.

Даже в бедном районе надо что-то кушать и платить за аренду.

– Вот-вот! Мой шеф хочет закрыть это дело…

– Вряд ли моя протекция в данном случае поможет, так как в Скотланд-Ярде не всегда приветствуют мое вмешательство. Но я напишу господину Райду…

Конан Дойл улыбнулся и добавил:

– Скажу, что это дело меня заинтересовало… И услышал его не от тебя, а, к примеру, из газет.

– Да, были небольшие заметки в криминальных хрониках.

– Вот и прекрасно!

Париж

В красивом престижном ресторане «Фойот» недалеко от Люксембургского сада сидели трое английских джентльменов. Самым старшим в компании был Артур Барроуз, член британского парламента от Консервативной партии и бывший военный министр. Рядом сидели его сын Реймонд и племянник Роджер Кларк. Последний вырос в доме у Артура – с двенадцати лет он находился на попечении Барроуза-старшего после того, как скончался отец, а потом и его мать – сестра Артура.

Так что сэр Артур Барроуз всегда обращался к ним «мои мальчики». Роджер Кларк работал дипломатом в Британском посольстве в Париже, а Реймонд был в командировке, представляя Министерство по делам колоний на переговорах с французскими коллегами.

Роджер и Реймонд были вовлечены в переговоры по расширению англо-французского союза с целью включения России в альянс, который стал известным как Антанта. Этим переговорам предшествовали франко-английские, завершившиеся так называемым «Сердечным соглашением» – Entente cordiale, и вопрос колоний обеих империй был ключевым в них.

Лондон и Париж разделили сферы влияния в Африке. Укрепление союза между Британией и Францией проходило на фоне формирования Тройственного союза между Германией, Австро-Венгрией и Италией. Привлечение в Антанту России помогло бы сбалансировать силы против растущей угрозы со стороны Тройственного союза, в особенности Германии.