Чёрный Орден Христианских Карателей. За годы до Апокалипсиса

В свои двадцать пять лет, ты ничем не отличаешься от обычных жителей Москвы:

Ты, как и они, изрядно выпиваешь на выходных, со своими друзьями или очередными девушками. Ты ведёшь беспорядочную половую жизнь. Не такую красочную, как ты говорил, но и вправду пользуешься спросом у девушек и женщин. Ты атеист. Карьерист. Пытаешься довести до ума свой бизнес, не понимая, что многое от тебя уже даже тут не зависит. Вдобавок – тебе явно не достаёт хватки для решения тех деловых вопросов, на которых ты всё же можешь повлиять.

У тебя много презрения к другим людям, высокомерия, тщеславия и эгоизма, который вот-вот перерастёт в эгоцентризм.

То есть, ты обычный парень, в котором нет чего-то выдающегося, что делало бы тебя личностью. И уж тем более – тем, за кем может быть хоть какое-то здравое, счастливое, благое будущее. Поэтому, я сейчас сижу здесь и не понимаю, почему мне приказали спасти именно тебя? Чем ты так уникален?

Слушая Колесникова, Вячеслав воспринимал его речь, как нападки и осуждения в свою сторону.

Но, услышав первый и второй вопросы, по спине Славы побежали мурашки, в смесь с обдающим ледяным холодом по ней. Хорошее настроение исчезло за секунды, когда крестоносец произнёс последний вопрос:

– И зачем тебя хотят убить? Причём, с тобой должны расправиться именно ОНИ.

Произнеся последнее слово, Владимир слегка дёрнул своей головой по направлению к пассажирам вагона.

В светло-зелёных глазах Вячеслава был виден оголённый, жуткий страх. Вдобавок, свет в вагоне поезда окончательно погас.

Лишь часто пробегающие за окном фонари, с высокой периодичностью подсвечивали всё и всех, находившихся в вагоне электрички.

Только сейчас Слава вытянул шею и обратил внимание, что в вагоне не осталось ни одного изначального попутчика и многих из людей, которые заходили ранее, на других станциях, и при этом были хоть как-то приметны, в отличие от странных пассажиров, которые присутствовали сейчас в одном вагоне с ним и с Владимиром.

Новые попутчики сидели неподвижно. Их одежда состояла из тёмных цветов. Никаких лейблов или знаков на их предметах гардероба не было.

Спустя несколько секунд нахождения в темноте, когда очередной фонарь подсветил всех попутчиков, все пришлые пассажиры синхронно повернули голову в сторону Вячеслава, а их тела были неподвижны. Шеи оказались неестественно изогнуты, а лица – растянуты в чудовищных, ужасающих улыбках.

Обычные люди так не улыбаются.