Бодуненц forever

Знаешь, сколько она стоит?! А ты так и не проставился!

– Не тебе одному! – откликнулся из дальнего угла сварщик Кутепов. – Мне потом автогеном пришлось вырезать дремучие волосяные джунгли, чтобы извлечь из ушей ножницы и остатки злополучной фрезы для списания.

– Перебьетесь, джентльмены! – отрезал Кофейня, ловко подцепив заветный графинчик и притянув его к себе.

После минутного раздумья директор лицея продолжил:

– Мистер Прохоров, сожалею, но вы будете в резерве команды, так как утратили профессиональные качества.

Проктер беззвучно пожевал воздух губами в поисках очередной занозистой рифмы («качества-мачества-басмачества-землячества»)… и споро взялся за ручку.

– Проктер, ты что там все время строчишь? Заяву на меня в органы или протокол заседания? Поясни! – подозрительно покосился на мастера Кольцов.

– В данный момент мое воображение захлестнула волна производственной лирики, – выдохнул мастер Прохоров и с гордостью зачитал собравшимся свежеиспеченное творенье:

Не ровен час, деталь в дугу запорешь!

Стою на смене, не жалея ног.

Нас двое в целом мире: я и кореш,

Мой верный кореш – фрезерный станок!

– Превосходно! – воскликнула старший методист.

– Пиши, авось что-нибудь получится. А мы с нетерпением ждем вашу зажигательную речь, Иван Поликарпович! – повернулся к Кофейне директор.

Мэтр сантехники, явно ожидавший своего часа, достал изнутри кепки пожелтевший замызганный листок и с чувством произнес несколько фраз, больше похожих на свадебный тост.

Проктер, у которого прорезался поэтический дар, прослезился и зачитал следом еще один стишок-нетленку:

– Да здравствует лицей, обитель доброты! Долой папараццей! Иль не согласен ты? – с этими словами он злобно сверкнул очами в сторону Сереги Кометова и больно ткнул того кулаком в бок.

Серега-физик, мирно спавший после винца и пламенной речи старого препа Кофейни, пискнул:

– Одобрям-с!

Все аплоднули и принялись за следующий бокал.

У Их Величества повторно зазвонил мобильник. Кольцов машинально нажал на кнопку.

– Алекс, бэдбойсик, ты почему меня вчера бросил? – заверещал в трубке голос девицы.

– Ты ктоу?

– Я Лэра. Лэра-беби.

– Какая Лэра?

– Лэра с машзавода? Ты что, забыл??

– А-а-а, – произнес Кольцов, – а-а-а!.. А с какого машзавода?

– Сантехизделий.

– А-а-а?.. А-а-а… А-а-а!..

– Вчера ехали вместе, когда тебя еще один чувачок классно отмутузил у чипка на Среднеямской[2 - «Деды в индиго», стр. 346.].

– А-а-а?..