Семь текстов

 – Не понимаю, чему вы удивляетесь: разве человеку столь уж трудно принять мировоззрение, в коем научны именно ведьмы и колдуны, а ракеты и ЭВМ – всего лишь мистика и выдумка?

Капитан, как ни силился, ничего подобного представить себе так и не смог. Зато начал смутно припоминать, что когда-то слышал про человека, который с виду мог творить настоящие чудеса – хотя на самом деле просто умело использовал неустойчивости окружавшей его среды. И потому его действия, чрезвычайно экономные по сравнению с обычными усилиями людей, казались окружающим мистическими.

«Интересно, – подумал капитан, – как поступил бы с мозгом 5–6 Разрядова тот человек? Может, применил бы скрытое стигмодействие по методу Гипнократа?»

– Ну, ребята, чем там закончилась ваша битва при Ватерполо? – оживлённо полюбопытствовал, заходя в операционную, профессор Дециметр.

– Его убили заживо, – кивнул капитан на 5–6 Разрядова.

– Всё так, – подтвердил Разрядов, – я отделался смертью.

– Пошли, герой-рецидивист, – озабоченно позвал Разрядова профессор Килограмм. – Тебе ещё нужно пройти сеанс маниакальной терапии у врача-психопациента.

– Слушайте, – заговорщически обратился к капитану профессор Дециметр, когда они остались вдвоём, – я на днях изобрёл протез зоны удовольствия мозга. Осталось только убедиться в его универсальности.

– Вам очень хочется испытать, профессор? А я вот, напротив, не хочу иметь никакого отношения к вашему протезу изобретения, – отрезал подскочивший от неожиданности капитан.

– Что ж, у невежества имеются и некоторые положительные черты: например, свобода от многих предрассудков, – обнажая в улыбке сверкавшие белизной ровные зубы, изрёк самодельную сентенцию Дециметр.

– Вы сказали «у невежества», профессор? Вот это уже совсем другое дело. Невежество, – это моя родная стихия, – с трудом пересилив мгновенно возникшее желание сделать из зубов оскорбителя аккуратную кучку, принялся преувеличенно восторгаться капитан. – Я как раз крупнейший специалист в данной сфере. И даже один из авторов учебника по невежеству.