Семь текстов

 – Тебе, может, ещё всю мою анкету пересказать? Тогда пожалуйста: меня зовут… э-э… Яименименя, по национальности я… э-э… чистокровная помесь арийца со снежным человеком, живу в городе… э-э… Нефтеигазск, а работаю в журнале… э-э… «Нэйшнл Джиометри»… э-э… псих-олухом. Ну, как там с названием планеты, мятежный робот?

– Алло, капитан, – заговорил вдруг человечьим голосом селектор, висевший на груди робота, – это вы, капитан? – голос, несомненно, принадлежал Килограмму. – Сейчас же прекра…

– Вы ошиблись номером, это прачечная, – сварливо отрезал капитан, выключая селектор и на всякий случай оттаскивая робота подальше от витрин, на которой красовались декоративные скрытые камеры.

– О добрый господин, – простонал робот, – я всё равно не могу сообщить вам название нашей планеты. Потому что оно, увы, нецензурное…

И с этого момента робот испортился. Его тупой компьютер отвечал теперь на любые вопросы, но отвечал лишь одно: «Не знаю». А потом в роботе что-тохрустнуло, и он вообще стал бросаться на прохожих, разваливаясь при этом прямо на глазах.

Хорошо ещё, что среди прохожих нашёлся один участливый гуманоид, который остановился перед роботом, напоминавшим уже просто груду взбесившегося металлолома, и принялся делать руками гипнотические пассы. Робот сразу застыл в трансе, скрежеща несмазанными зубами.

– Спокойной ночи, – властным тоном приказал гуманоид роботу и для верности ещё раз гипнотически пошевелил руками.

– Рад стараться, Ваше Шевеличество, – вежливо откликнулся робот и, рухнув на мостовую, сонно захрапел.

– Ой, как вы меня выручили, – облегчённо заулыбался капитан участливому гуманоиду. – Возьмите, пожалуйста, в знак моей признательности… – капитан пошарил по карманам космического комбинезона, – в качестве небольшого сувенира… ну, хотя бы вот эту юбилейную марку: она выпущена почтой Альфы Центавра. Подобные марки можно наклеивать хоть на планету, хоть на звезду.

– Нет-нет, мой поступок не стоит такой благодарности, – принялся любезно отказываться гуманоид.

«На что, интересно, паршивец намекает? – сразу насторожился капитан. – «Не стоит такой благодарности» – как это понимать? Мало ему моей марки, что ли? Ну, погоди, гуманоид, сейчас я тебе покажу…»

– Мне два раза повторять не нужно, не смею проявлять назойливость, – согласным тоном, не отставая в любезности от гуманоида, проворковал капитан и, гордый своей культурностью, вежливо сунул марку обратно в карман.