Темные искусства

Наверняка она каждый вечер принимала ванну с молоком, а после нее втирала в себя всевозможные кремы и масла. Однако в глаза бросалось скопление отвратительных кровоподтеков на белой коже ее живота. Пятна всех оттенков черного, фиолетового и зеленого. От этого зрелища я поморщился.

– Им как минимум несколько дней, – сказал Рид. – Довольно серьезные, но жизни не угрожавшие.

Я наклонился, чтобы рассмотреть особенно темный участок. Отметина имела форму идеального круга, почти как восковая печать; контуры ее были четкими, словно их обвели чернилами.

– Это же…

– Перстень с печатью ее мужа. Он был у него на пальце, когда его сюда привезли.

Меня немедленно захлестнуло жалостью к этой бедняжке – так заботиться о своей красоте, по всей видимости, для услады мужа, который отвечал ей на это ударами в живот.

Я взглянул на ее руку – обручальное кольцо было на месте. Неудивительно: золото врезалось в ее плоть.

– На ней были другие украшения? – осведомился я.

– О да, и очень дорогие.

 – Рид заглянул в отчет. – Жемчужное ожерелье, кольца с бриллиантами и сапфирами и такие же серьги. С места происшествия ничего не пропало.

– А при других жертвах были ценные вещи?

– Да, кроме самого младшего мужчины и девушки. У остальных мужчин были карманные часы, запонки, кошельки с деньгами и прочее. Все это лежит у нас в хранилище, если захотите проверить. Если что-то и украли, то не самые очевидные вещи.

– Мы все равно пока не можем исключить ограбление, – сказал Макгрей.

Я был рад, что он следовал моему совету и искал разумные объяснения.

– Ты прав, – сказал я, сделав пометку в записной книжке. – Надо узнать, был ли у полковника перечень ценных вещей, хранившихся в доме, и…

– Боюсь, что должен вас покинуть, – сказал Рид, сунув отчет мне в руки. – Я уже опаздываю. Меня вызвали дать показания в суде.

– Нам нужно, чтобы ты как можно скорее провел те исследования, – сказал я, пока он торопливо шагал к выходу.

– Постараюсь, – бросил Рид через плечо, после чего захлопнул за собой дверь.

У меня внутри все просто вспыхнуло.

– Пос… – постараюсь?

– Тише, тише, Фрей. Я с ним поговорю. Давай к делу. Кто там следующий?

Мы перешли к другому столу, и я перевернул страницу.

– Гектор Шоу. Восемьдесят один год.

– Ни черта себе! Зачем вообще столько жить?

– Зачем вообще его убивать? – уточнил я. – Видимо, это он был вдовцом призрака?

– Ага, по словам Катерины.