Сочинения. Иллюстрированное издание

 – Скажи мне правду. Я имею право знать. Мой отец был твоим мужем?

Она глубоко, с облегчением вздохнула. Ужасный момент, которого она ждала днями и ночами в течение нескольких месяцев, наконец-то наступил. Но она не чувствовала страха. Неожиданно прямой вопрос требовал прямого ответа. Никто не вырисовывал ситуацию постепенно. Это было грубо. Это напоминало ей неудачную репетицию.

– Нет, – сказала она, удивляясь жестокой простоте жизни.

– Значит, он был негодяем? – Воскликнул парень, сжав кулаки.

Она покачала головой.

– Я знала, что у него есть жена. И мы любили друг друга очень сильно. Если бы он был жив, то позаботился бы о нас. Не говори о нем плохо, сынок. Он был твоим отцом и джентльменом. Он был благородного происхождения.

Из его уст сорвалось проклятие.

– Я не за себя переживаю, – сказал он. – Не позволь Сибилле повторить свою ошибку. Он джентльмен, тот, что в нее влюбился, или, по крайней мере, говорит об этом? Я так понимаю, он также благородного происхождения.

На мгновение женщину охватило гнетущее чувство стыда.

Она склонила голову и едва смогла утереть слезы дрожащей рукой.

– У Сибиллы есть мать, – всхлипнула она. – У меня же не было.

Парень был тронут. Он подошел к ней, наклонился и поцеловал.

– Прости, что причинил тебе боль вопросом об отце, – сказал он, – но я не мог держать это в себе. Мне пора уходить. До свидания. Помни, теперь ты должна заботиться только об одном ребенке. Поверь, если этот человек хоть как-то обидит мою сестру, я узнаю, кто он такой, найду его и прирежу как собаку.

Клянусь.

Преувеличенное безумие угрозы, страстные жесты, которые ее сопровождали, безумные слова, полные мелодрамы – все это заставило жизнь казаться ей ярче. Ей было знакомо это чувство. Она глубоко вдохнула и, впервые за последние несколько месяцев, увлекалась своим сыном, а не боялась его. Она хотела бы продолжить эту эмоционально напряженную сцену, но он оборвал ее. Нужно было спустить пакеты и найти вязаный шарф. По квартире носился дворецкий, надо было еще договориться с кучером о цене.

Момент был упущен за вульгарными мелочами. Когда она махала платком своему сыну, в ней возродилось чувство разочарования. Она понимала, какая замечательная возможность была утрачена. Она нашла утешение в том, что рассказала Сибилле, какой пустой стала ее жизнь теперь, когда она должна заботиться только об одном ребенке. Она запомнила это выражение. Оно ей понравилось. Об угрозе она не вспоминала.