Лирика янтарной особы

Не успел он помечтать о выступлениях с кондором, как огромная птица взмахнула крыльями и улетела.

Поездка за океан оказалась короткой, и теперь Самсон лежал на вращающемся ложе, которое крутилось мимо замкнутого панорамного экрана. Он не любил переключать каналы, но любил переключать судьбы людей. Перед ним проплывали горы и долины, реки и водопады. Он не любил сидеть, но любил лежа рассматривать пейзажи земли. Он лежал и смотрел по сторонам, пока в его голове не возникало нечто неосознанное, которое вскоре превращалось в определенную мысль.

Перебирает ветер листья, сдувает пыль зеленых дней. Березок желтые мониста сегодня смотрятся длинней. Мой серый плащ, я в нем согрета, царит в нем серость облаков. Осины цветом еще летом. Деревья – зонтики веков. Там, где живу и солнце – редкость, порой идут за днями дни, вращая влажность. Влаги меткость так часто окружает пни.

Зонты – дома, зонты – экраны, зонты от солнца – облака. Зонты – сердца, зонты – бураны. Откроешь зонт – вода легка.

Сквозь тучи светит яркость краски, какой-то нежно-голубой, иду смелее, без опаски, закрою зонт и свет со мной.

Над экраном с пейзажами стали появляться лица людей, которые, как горы, определяли рельеф населенного пункта. В задачу Самсона входило негативно-позитивное развлечение общества. Он прекрасно понимал, что людям надо давать передышку для решения личных дел вместо переживания за общие проблемы человечества. Он дело поставил так, что известные люди откупались от него еще большей популярностью.

Они выворачивали свою жизнь наизнанку на экранах, и это их спасало от еще большей кары в жизни.

Мысль о планетах и людях закончилась в голове странной фразой: «Не стоит жить на астероидах прошлого Фаэтона, надо жить на планете настоящего и не думать всерьез о планете будущего, о Венере». Но не думать он не мог о своей Венере, которую звали Анфиса.

Анфиса посмотрела в окно: яркие золотистые завитки кленовых веток царствовали во дворе.

Неописуемая красота раскинулась над землей, достигая шестого этажа. Местами в желтых букетах кленов вставали величественные березы с зелеными листьями. Рябина где – то снизу прислонилась к клену красными ягодами.

Зачем ты смотришь на листву златую, вздыхая мощной грудью обо мне? Не отдохнешь ты, милый мой, во сне! Ведь я еще одна, но не статуя! Не прячься от моей любви в карете, не уходи, любимый, навсегда. Скажи ты лучше мне простое "Да".