Две Лии и Иаков. Книга 2

Шепсит прекрасно знала все особенности и пристрастия своего мужа, и заподозрила, что тот изменяет ей с моей матерью. Нельзя сказать, что ее сильно волновали шашни мужа с рабынями, больше всего ее беспокоила вероятность появления на свет незаконнорожденного сына от свободной женщины. Именно такой статус имела моя мать в качестве жены, а потом вдовы младшего командира войска фараона. У вельможи уже были две дочери, и он страстно желал сына наследника. Хозяйка сама хотела того же и стремилась как можно чаще бывать на супружеском ложе, ведь, кроме опасений появления претендента на наследование, ее терзали муки ревности.

Соответственно и отношения, складывающиеся в покоях господ, никак нельзя было назвать спокойными и ровными.

В конце концов настойчивость и хитрости жены победили увлечение хозяина, и он уже был готов выгнать мать с малолетним сыном на улицу, но Шепсит затеяла дьявольскую шутку, желая наказать не только ни в чем не повинных вдову с сиротой, но и непокорного, немолодого уже писца, не желающего потакать ее прихотям и докладывающего о них вельможе.

За эти прегрешения Мети, когда-то бывший доверенным секретарем хозяина, стараниями злопамятной хозяйки дома был отправлен управляющим в крестьянское поместье, где и прозябал, не имея возможности покинуть его. Он не был рабом, но условия его службы обуславливались различными запретами и ограничениями. Чем именно были вызваны подобные строгости мне неведомо, но они существовали и сделали из «затворника поневоле» мрачного, вечно чем-то недовольного субъекта.

У матери оставались два выбора: оказаться на улице без средств к существованию с нелестной, насквозь лживой сплетней от хозяйки дома за плечами, или выйти замуж за неизвестного человека и навсегда покинуть знакомые места. Отягощенная маленьким ребенком, она выбрала второе, и мы оказались в небольшом поместье, расположенном недалеко от столицы.

Лия, ты еще не заснула, выслушивая многословные воспоминания подопечного, вынужденного последнее время общаться только с собакой? Давай искать тень, здесь становится жарко.

Если ты поднимешь и закрепишь шкуры, служащие дверью в хижину, мы сможем устроиться прямо у входа. Дыра, что зияет в потолке на противоположном краю крыши, обеспечит сквознячок, а Гила, надеюсь, возражать не будет.

Лия-Адат подбросила сучьев в костер, подала Чензиру кружку с напитком и позаботилась о компрессе для себя. Уже после этого подготовила новое место для отдыха, и молодые люди устроились продолжать беседу.