Непобедимое племя

Неудачно пошутил, сказал: «Оставим Гимли здесь, а на обратном пути заберем». Никто не понял. Я так и подумал. Ведь здесь собрались только серьезные воины, которым все по плечу.

Справа от нас вдалеке тянулись горы. Серые глыбы, как огромная стена между двумя мирами. Что за ними? Новая прекрасная жизнь или мертвые земли? Они символично поднимались по пути нашего следования. Словно намекали, что мы идем к вершине. Но за любой вершиной спуск, а значит, достигнутая цель – лишь самоудовлетворение и не больше. Небо над нашей повозкой стало малиновым.

Я смотрел, как солнце пряталось за клыкастыми серыми громадами, что не вызывали симпатии. Если видом со своей лавочки я восхищался, то теперь камни мне казались только камнями.

Брэдли спал, а О’Блик читал молитвенник. Хорошо, что делал это он про себя, иначе я оторвал бы ему язык. Не терплю, когда над ухом кто-то без толку шелестит ртом. Я высунулся из телеги и из-за спин дикобразов таращился вдаль. Лошадиная поступь смешивалась со скрипом заднего колеса телеги, а иногда молчание рассекал громкий орлиный крик.

Я увидел вдалеке тоненькую струйку дыма. Сначала в задумчивости не придал ей значения, а когда опомнился, тут же схватился за подзорную трубу. Там, за невысоким холмом, я разглядел несколько деревянных домов и маленькие движущиеся точки возле них.

– Люди! – радостно вскрикнул я. – Там кто-то есть!

Дикобразы очнулись, а справа от меня высунулся Брэдли. Он удивленно посмотрел вдаль, а после попросил трубу. Через минуту затишья с некоей нотой довольства в голосе произнес:

– Фактория! – он достал из своего чемодана карту местности и проплыл по ней пальцем, а затем добавил: – Точно, она! Фактория Литла Черча.

– Заедем? – спросил я.

– Конечно! – ответил Брэдли. – Нам нужно переночевать. Возможно, там помогут Гимли.

Элл и Стил вскинули поводья, и телега ускорила ход.

5

Когда мы подъезжали к фактории, уже стемнело. Из торговой деревни доносились веселые мелодии скрипки и довольные пьяные возгласы. Навстречу нам двигались четверо индейцев на двух лошадях, а за одной из них тащилась пустая телега.

«Все продали», – подумал я.

– Не они? – прозвучал тягучий голос кривозубого Элла. Он косился на полуобнаженных мужчин, что поравнявшись с нами, как по команде, в знак приветствия вместе кивнули головами.

– Что? – спросил я.

– Не этих обезьян мы ищем? – спросил Элл.

– Нет, – уверенно ответил я. – Это племя абау-де-мине. У каждого из них на плече татуировка ящерицы.