Квартира

Министерство выступит третьей стороной.

В кабинете повисла глухая многозначительная тишина.

– Ну… положим, с твоими подселенцами вопрос мы решим, – неспешно, обстоятельно проронил Ковтун. – Напишешь мне их данные. Погляжу, что есть в резерве. Дадим как пострадавшим от аварии однокомнатную квартиру в Жгутове. Есть там у меня один резервный дом для самых настырных…

«Есть!» – мысленно отсалютовал Артем. Но министр еще не закончил:

– А что касается остального… то за тебя я спокоен; ты мальчик большой и сам за себя постоишь.

Старик-сосед сам виноват, за коммунальные услуги только в доме престарелых не платят… а вот по Андрею Андреичу… Что следователь-то говорит?

Артем язвительно усмехнулся:

– Следователь ссылается на заключение экспертизы, а в заключении написано, что считать смерть насильственной оснований нет. То есть и дело возбуждать оснований нет.

Ковтун недобро хмыкнул.

– Такие вещи спускать нельзя. Пожалуй, я сам с генеральным прокурором переговорю. Пусть, как положено, заведут дело и, как положено, расследуют.

Ковтун поднялся с дивана, и стало ясно, что разговор окончен. Артем тоже встал, оба двинулись к выходу, и на пороге Ковтун вновь крепко обнял его.

– Не кисни, адвокат. Оставь данные по этим твоим Губкиным у секретаря. До конца недели съедут. Не переживай. Да. Еще. Адрес кладбища, участок там, номер не забудь мне факсом скинуть. Заеду завтра же. Поклонюсь. Маме – наилучшие. От меня. Все. Беги. А про суд, – он сморщился, – забудь! Чего там делать? Лучше твой по телику посмотреть! Ха-аха-ха! Бывай.

Двери захлопнулись, оставив Артема в огромном темном тамбуре. Казалось, он очутился в гигантском шкафу или скорее саркофаге. Кажется, египтяне делали из дуба свои последние погребальные убежища. От такого сравнения у Павлова похолодела спина, и он поспешил на свет в приемную министра, к расторопным, пышущим жизненной силой и телесным благополучием секретаршам. А Ковтун… Ковтун потянулся к телефонной трубке.

«Сволочь Поклонский… ни стыда, ни совести!»

Нет, расторопный и толковый девелопер Игорь Поклонский, не раз получавший лицензии от Ковтуна, не был прямо и лично повинен в судьбе этих Губкиных.

Судя по оставленным адвокатом бумагам, инвесторов прокинула одна из партнерских фирм девелопера. И все-таки Игорь должен был ответить. Просто потому, что квартирный фонд у Ковтуна был не резиновый, и всякий раз под риском вызова в суд компенсировать чужие закидоны Егор Кузьмич не собирался.