Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

Сам ересиарх ещё некоторое время собирал бруснику. Потом голыми руками выкопал охапку корней лопуха и чистотела. Со всем этим он вернулся в лагерь, забрал у метателей ножей белку и освежевал её. Шкурку отдал акробаткам – авось чего из неё потом сошьют, а заодно рассказал и показал, как готовить правильную трапезу для сирин. Уж это-то наверняка пригодится.

Сборы почти закончились, бродячие артисты снимались с постоя и готовились снова в путь.

Разложив белку на куске бересты, Азарь присыпал её ягодами, зажал под мышкой коренья и двинул к фургону.

Уже на самых подступах дорогу ему преградил философ.

– Луги, давай потом, я сейчас немного занят.

– Пазей! – зашипел на него Лугин и принялся махать руками. – Я же просил называть меня здесь Пазеем!

– Пазей, Пазей…

– Тебе же хватило ума не назваться Азарем? – подозрительно спросил старый философ.

Азарь пожал плечами.

– Ой, дурак, – Лугин сморщился.

– Слушай, Лу… Пазей, Пазей. Мы с тобой не такие важные птицы. Быть может, нас и ищут сейчас все рытники Горнего, но должна пройти ещё пара-тройка месяцев, прежде чем в балагане что-то о нас услышат.

До истории с нетопырем мы были не так известны. Это всё, что тебя беспокоит? – Азарь красноречиво посмотрел на разделанную белку.

Лугин поморщился.

– На самом деле нет. Насколько я понимаю, эта сирин – та самая девица, что не даёт тебе спать по ночам и заниматься нормальными человеческими вещами.

Азарь кивнул. Лугин продолжал:

– И что ты собираешься проводить с ней много времени.

– Да.

– Соответственно, и ехать ты будешь в одном фургоне с ней.

– Точно.

– И вряд ли позволишь мне так уж долго находиться вместе с вами.

– Именно.

– Хочу, чтобы ты знал: я не вижу в этом ничего хорошего, – Лугин серьёзно посмотрел Азарю в глаза. – Но зная тебя, я даже не собираюсь тратить время на уговоры не видеться с ней.

– Мудрое решенье.

– Ещё бы. Из нас двоих мудрец пока ещё я, а не ты. И как мудрец я решил попросить тебя о другом. Узнай у сирин про «разрыв».

Как его закрыть? Если кто-то и может на это ответить, то только она!

– Ты в своём уме, Луги?

Лугин побагровел.

– Пазей, Пазей, – ересиарх примирительно закивал. – Мы не виделись почти десять лет. Десять! Думаешь, у нас не найдётся темы поинтереснее твоего «разрыва»?

– Моего «разрыва»? – старый философ едва не взорвался, но невероятным усилием воли взял себя в руки. – Может, это я разрезал ту звезду?

– Ну, знаешь! – Азарь тоже рассвирепел.