Нелегкая работа

Я наблюдал за ней, изредка посматривая в зеркало заднего вида. От разглядывания чего-то снаружи автомобиля она отвлекалась лишь на телефон.

Когда в очередной раз я посмотрел в зеркало, встретился с пронзительным взглядом спутницы. В нем было что-то странное – настораживающее.

– Если тебе скучно, можешь включить радио, – предложил я и вернул свое внимание на дорогу.

Вероника задумалась ненадолго, потом хмыкнула и с консоли для задних пассажиров включила первую попавшуюся попсовую радиостанцию, по которой крутили песни, написанные при помощи, казалось, случайно вырванных из словаря страниц.

Одна глупая песня сменялась другой, играя на моих нервах. А Вероника продолжала смотреть то в окно, то на меня через зеркало. И когда в очередной раз сменилась песня – невероятно глупая, но тем не менее настолько же популярная, – Вероника спросила меня:

– Тебе нравится эта песня?

Она была отвратительной. С абсолютно бессмысленным текстом. И не менее бездарным исполнением. Мне хотелось сказать что-то язвительное на этот счет, но сказал только:

– Нет.

– А почему? – спросила девчонка, все еще наблюдая за мной через зеркало.

– Не в моем вкусе.

– Останови машину, – спокойно сказала Вероника.

Я остановился на обочине и заглушил двигатель. Спутница вышла из машины, слегка хлопнув дверью. После чего подошла к передней двери и села на пассажирское сиденье.

У Вероники было симпатичное личико, приукрашенное легким макияжем, и безупречная, ухоженная кожа. Едва заметные мимические морщинки говорили о том, что она часто улыбается – чего мне повидать еще не довелось.

Взглянув на спутницу, я снова наткнулся на ее взгляд. Упорный – пронизывающий – любопытный. Казалось, что с его помощью она пытается прочесть мои мысли.

– Пристегнись, – сказал я и отвернулся.

Вероника еле слышно хмыкнула и потянула ремень безопасности, защелкнув его в замке.

Я снова завел двигатель и вернул машину в бурный поток автомобилей, которые, словно кровь в венах, текли по дороге, то замедляя, то снова ускоряя ход.

Вероника переключила радиостанцию и салон наполнился приятными звуками джаза, которому я был очень рад.

Когда мы выехали из города, попали на флайвей – шоссе, которое шло над землей вдоль всего побережья. Под ним проходила железная дорога, а в некоторых местах полотно простиралось над водой, рядом с искусственно созданными пляжами.

IV

За все время в пути Вероника не проявила особого стремления к общению.