Сапфировый кондор. Детективно-политический трактат

Ему было около 50 лет, но моложавое и подтянутое, не без помощи столичных медиков, лицо бизнесмена более походило на лицо перспективного теннисиста в период пика его спортивной славы. Возраст выдавали только волосы пепельного света, аккуратно уложенные с боковым пробором, и глубокие морщинки в уголках усталых хищных глаз. Он сидел, широко расставив руки и с лидерским вызовом глядя на окружающих. Около его правой руки, украшенной гранатовым перстнем, стоял бокал с наполненным виски.

Алиса окинула взглядом окружавших его людей и поняла, насколько серьезная компания собралась сегодня в этой гостевой комнате. Мужчина с темными волосами, задавший Парлису вопрос, был главой одной из самый влиятельных компаний в стране – «СантЭнерГрупп», занимавшейся электроэнергией и контролировавшей ключевые топливно-энергетические объекты. Его звали Морган Доллис, журналисты любили копаться в его прошлом, так как постоянно находили какую-либо скандальную информацию о владельце компании.

Доллис же, в свою очередь, каждый раз виртуозно увиливал от ответа на обвинения. Благодаря целому подразделению адвокатов, работавших на него, ни одно журналистское расследование не было доведено до суда.

Рядом с ним вокруг стола сидели: Робин Паттард – толстяк с пышными усами, владелец крупнейшего финансового консорциума «Зеро-Банк-Инвестмент»; худощавый меланхолик Меллиос Кроминш – председатель правления группы «Карат», занимавшейся добычей драгоценных камней и самоцветов на территории страны; грузный Василис Нетрада – спикер Наивысшего созыва и председатель главной политической силы – Всеобщей санторийской «Партии национального союза», определяющей курс внутренней и внешней политики в стране; кучерявый коротышка Вилли Штакельбрус – кумир радикальной молодежи, и лидер главной оппозиционной силы – «Партии социального прогресса и независимости».

Два оставшихся члена этого «собрания» сидели к Алисе спиной, в приглушенном свете ламп ей не удалось их распознать.

– Да, его последнее интервью произвело большой резонанс, если реформы действительно начнутся, это ударит по всей системе, – заметил Паттард. – Люстон, видимо, устал от нас и решил сыграть в «доброго правителя», завоевать себе новые баллы у толпы поклонников.