Семь ступеней в полной темноте

Все же удивительно, как смертный человек, может так резко сломить, подавить волю, вселить страх… Окунуть в дерьмо, с головой, а потом выдернуть на свет божий и отмыть от того, что налипло за целые годы.

К чему ты клонишь? – с опаской осведомился кузнец.

– Правда не справедливо? Ты оставил мне жизнь. А взамен получил только боль и свежие шрамы.

– От добра – добра не ищут, – усмехнулся он.

– Не думай, что я изменилась. Стала мягкой… податливой. Все может вернуться. Уже завтра, мы можем снова стать врагами.

– Поживем – увидим.

– Но я себе не верю! – прошипела она у него над ухом.

– Так чего же ты от меня хочешь? – осведомился он устало.

Она сжала его в своих объятиях, и прошептала:

– Не хочу, чтобы завтра наступило....

Она всхлипнула у него над ухом, как обиженная девчонка, и ее горячая искренняя слеза скатилась по его щеке.

– Ничего, ничего… – он погладил ее по руке, – Поверь мне, все образуется – дай только срок.

– Тебе легко говорить… ты вон какой.

– А ты, просто другая, и смотришь на мир, тоже по-другому, – прервал он ее мягко.

– Думаешь?

– Знаю.

– А если я снова стану тварью? Ты прикуешь меня, если поймаешь?

– Там видно будет, – резонно заключил он. – Но убивать точно не стану. Обрежу крылья к чертовой бабушке, и одежду носить заставлю!

Сольвейг надсадно засопела и прижалась к его спине сильнее.

– Отрежь сейчас! – взмолилась она.

– Нет!

– Я тебя умоляю! Иначе совсем скоро, я улечу отсюда и одному богу известно, что дальше будет.

– Нет! – оборвал он ее резко. – Что дано тебе свыше – дано не случайно. В свое время все на места встанет…

– Ну, тогда… возьми хотя бы мое тело. Оно тянется к твоему теплу…

Кузнец не поверил своим ушам. Конечно, чего греха таить, ее тело его волновало. Сама она, одним фактом своего существования, порождала в нем бурю желаний и предчувствий. Но… он не ожидал столь смелого признания с ее стороны.

– Сольвейг…– начал он, подбирая слова.

– Да?

– Пойми, я не игрушка. Ты ранишь даже, не желая того. Сейчас ты одна, а через минуту – уже другая. Я не слишком преуспел, в обращении с женщинами… ты знаешь. Но дело даже не в этом.

– Что не так? Во мне дело?

– Прости, но… что, если в порыве страсти, ты вспомнишь кто ты есть? Что если потеряешь контроль над собой? Твое настроение и так меняется слишком часто.

– Да, – согласилась она. – Здесь ты прав. У тебя не будет шансов.