Земля потерянных судеб

Туда, где разорвались пушечные ядра, Хаук не хотел смотреть. Он видел это зрелище не единожды…

На соседнем холме, он разглядел два темных силуэта. Один из них был уж слишком крупным. Хаук решил подойти с подветренной стороны. Голос Джеймса, он узнал сразу. Волк что-то убедительно втолковывал своему собеседнику. Когда человек подошел ближе, Джеймс встрепенулся и схватился за меч.

– Кто здесь!?

– Смерть с косой, – отозвался Хаук.

– Это вы… милорд?

– Да, я как раз ищу компанию, где мне найдется место.

Ничего, если еще одно чудовище посидит с вами?

– Милости просим, милорд, – галантно склонился Джеймс.

Хаук опустился на траву рядом с полу быком и откинулся на спину.

– Я думал, ты узнаешь меня по запаху. От чего не узнал? – попытался завязать беседу молодой лорд.

– Простите, но запах крови все перебивает… – посетовал волк.

– Знаешь, Джеймс, ты сегодня удивил меня.

– Чем же, милорд?

– Ну, я сразу понял, что силы в тебе немеряно. Но, так лихо владеть мечом…. Дорн научил?

Да, Милорд, – вздохнул Джеймс.

 – От вас ничего не скроешь. Капитан внешне суров, и порой жесток, но у него доброе сердце. Правда, он никогда в этом не признается.

– Пожалуй. Я заметил, как он следил за тобой.

– Как, милорд?

– С гордостью, Джеймс. С гордостью… А почему вы сидите здесь?

– Джек не хочет пугать селян. Мы же монстры, – развел Джеймс руками.

Хаук негромко рассмеялся.

– Кажется, я здесь по той же причине.

– А вы точно человек, Милорд? – спросил волк полу шутя.

– С утра был им. Теперь уже и не знаю. Слухи поползут… А и плевать! Не хотят уважать – пусть боятся.

– Как… верно сказано. Надо запомнить…

– А от чего твой друг молчит? – спросил Хаук глядя на быка.

– А, он контужен, и почти ничего не слышит. Это я так, больше для себя разглагольствую, – ответил волк с грустинкой.

– Ясно. Пускай к Марен подойдет. Старуха, похоже, большой мастер в таких делах.

– Да, – вздохнул волк. – Она такая. Туго бы без нее пришлось.

– Все же, какая странная эта жизнь….

Пару часов назад мы были на волосок от смерти, а сейчас лежим себе, любуемся звездами.

– Да, милорд. В голове не укладывается, – согласился волк, обращая взор к небу.

– Джеймс, хотя бы наедине, перестань называть меня милордом. Я тут всего-ничего, а это слово уже оскомину набило.

– Как скажете, – отозвался волк.

Так они и беседовали под звездным небом, пока яркая верхушка солнечного диска не осветила линию горизонта.