Земля потерянных судеб

Хаук осторожно положил руку ей на плечо и предложил, улыбаясь:

– Если вы не против, позвольте иногда думать за вас?

– Да, милорд. Конечно, милорд… – вздохнула она с досадой.

– Кстати, вы знали о лучниках и кавалерии в амбарах? – вкрадчиво спросил он.

– Нет, милорд, – ответила Джулия, пряча глаза. – Мы пришли позже. Но… они тоже с нашего гарнизона. Должно быть Конар снял их прямиком с заставы.

– Да уж, ситуация… Однако, ваша совесть тут чиста. Вашим бойцам не пришлось сражаться с ними.

– Почему вы не убьёте этого старого борова!? – она ткнула пальцем в сторону клетки.

– К сожалению, он слишком много знает. Да и не доставлю я ему такой радости, как быстрая смерть. Мы его хорошенько допросим, чуть позже, и оставим здесь, в его любимой темнице. Про запас, как источник знаний, – доходчиво объяснил Хаук.

Энтони, молча стоял рядом терпеливо ждал, пока сестра закончит с расспросами. Поймав паузу, он вставил свое слово:

– Милорд! Можно всего один вопрос?

Хаук кивнул.

– Простите за любопытство, но… где вы научились так драться?

Вздохнув, молодой лорд хотел ответить что-то вразумительное, но не нашел сил на это.

– Похоже, что это мое проклятие… Давай поговорим об этом как ни будь позже, хорошо?

– Простите милорд….

– Это не тайна, Энтони. Напомни мне при случае и как ни будь за бутылочкой вина, я расскажу тебе длинную, неинтересную историю.

– А можно и мне ее послушать? – включилась в диалог его сестра.

– Если хочешь… – Хаук пожал плечами.

– Хочу! – решительно заявила она.

– Ладно, командиры, отдыхайте, набирайтесь сил. Меня ждут другие дела.

Покинув этот двор, Хаук в сопровождении офицера проследовал до тренировочной площадки. Тут дела обстояли тяжелее всего. Люди лежали на холодной земле, на всевозможных подстилках. Кто-то на сене. Кто-то на досках. Некоторым повезло – им достались носилки и солдатские кровати, которые вынесли из казарм. На первый взгляд раны были средней тяжести. Кто-то лишился конечности. Кому-то изуродовало взрывом лицо.

Хаук отлично понимал, что выживут не все, и остро чувствовал в этом свою вину. А еще обиду. За то, что недооценил сэра Артура. И за то, что в пылу битвы не смог вовремя остановиться. А еще ему показалось странным, что здесь так много женских лиц и тел. Он дернул за рукав своего офицера и спросил негромко:

– Это что… все женщины?

– Лучницы, милорд. Те, кого не убило на месте, – сообщил тот.

– А разве в армии владыки служат женщины? – удивился Хаук.