Земля потерянных судеб

Хау к поблагодарил капитана и отпустил заниматься насущными делами.

Он огляделся. Библиотека казалась пустой. Он прошелся по мягкому ворсистому ковру и уселся в кресло. Через пару минут с верхнего этажа по винтовой лестнице спустился Джеймс и сложив ладони вопросительно замер напротив гостя.

– К вашим услугам, милорд – проговорил волк мягким бархатистым голосом.

– Вэл сказала, что ты занимался делами владыки, и даже имел право печати? – спросил лорд.

– Именно так, ваша светлость. Но право печати у меня отобрали – он показал застарелый обрубок мизинца.

– Я… решил отправить солдат по домам, ненадолго. Дорн сказал, что нужны открепительные грамоты, для патрулей. Сможешь сделать?

Джеймс на секунду задумался. Потом кивнул.

– Такого еще ни разу не было, но, думаю я смогу найти правильную формулировку. Нужно оформить все как личное поручение владыки. И, лучше, если на бумагах будет стоять печать владыки. Я так понимаю, своей у вас еще нет?

– Подпись владыки, ты, должно быть, копируешь в совершенстве?

– Да, милорд.

Хаук кинул на стол несколько листов бумаги, исписанных ровным, но не слишком аккуратным подчерком.

– Тут все, кому нужны бумаги. Включая Дорна. Грамоты нужны мне к утру. К десяти часам справишься?

– Непременно, милорд. К утру все будет готово – невозмутимо ответил Джеймс.

Хаук внимательно следил за волком. Но тот вел себя предельно доброжелательно.

– Присядь, – попросил лорд.

Джеймс подвинул кресло поближе и уселся в него, положив ногу на ногу.

– У тебя ведь не очень хорошее зрение, Джеймс? – задумчиво спросил Хаук.

– Странно, что вы спросили, но это действительно так – удивился волк.

– Я просто готов поклясться, что ты носишь очки.

– И тут вы правы… – волк потянулся к кармашку на груди и показал позолоченную оправу на длинной цепочке. – Но это с лихвой компенсируется отличным обонянием.

– Прости, просто ты смотришься так органично в этом окружении. У меня в голове не укладывается.

Джеймс развел руками.

– Я понимаю. Я сам долго думал об этом. Искал ответы в книгах… Волк я лишь внешне, милорд. Образ мышления и мотивы мои, самые что ни наесть людские. Разве что, я чуть сильнее и наделен животными инстинктами.

– Вэл о тебе очень хорошего мнения. Она говорит, что ты умнее всех нас вместе взятых, много чего держишь в голове, а еще сильный и, кажется… нежный. Ей можно верить?

– Правда? – смутился волк.