Депрессия, роботы и один велосипед – 2

Разъём нулевых годов штука крайне громоздкая по меркам нервных клеток. Склонная к воспалению и отторжению, капризная и ненадёжная, как французская пресса. Конечно, все эксперименты по подключению должны проводиться в клинике.

И, конечно, раз уж Мерсье каждую неделю отправляется на истязания, то приз будет лакомый, не так ли? Политик с двойным мозгом – это больше, чем политик. А может, у меня появились не только политические амбиции, но и задумка романа? В любом случае, очевидно, приз достаточно лакомый, чтобы обманывать окружающих, в том числе жену.

Тут мнения у Шарлотты и Жозефа расходятся. Жозеф думает, что моя любовница – нейрохирургия.

Шарлотта думает, что я раз в неделю встречаюсь со шлюхами.

Она ждёт меня в холле. Я делаю комплимент её новым серёжкам, она улыбается, как ребёнок и замирает, как замирает всякий раз перед моим объятием. И я обнимаю её. И я чувствую её беспокойство. Голова Шарлотты не покоится на моём плече, и дышит моя прелестная жена чуть глубже и чаще, чем моя прелестная жена дышит обычно.

Я же говорил, что я внимательный муж. И я понимаю, что нам предстоит грустный разговор.

Потому что Шарлотта принюхивается. Бедная женщина втягивает носом летучие молекулы, взлетающие с моего тела и пиджака. Запах секса? Запах чужих духов? Нет, Шарлотта. Я пахну тем, чем пахнут стерильные медицинские вещи. Я пахну кровью, зажимами и болью. Лекарствами в конце концов.

– Ты будешь сегодня дома пораньше? – спрашивает она, отстраняясь.

– Извини, Шарли. Завтра.

Я показываю ей своё расписание. Мой день состоит из разноцветных квадратиков. В квадратики вписаны встречи с разными людьми разной степени неприятности. Бог свидетель, я бы с удовольствием отодвинул вечернюю встречу ради неё, но именно сегодня мы с моей командной отвратительных людей собрались наступать на пятки другой компании отвратительных людей, потому что третье сборище моральных уродов начало наступать на пятки нам.

Это называется «политика», и я считаю это формой заботы о людях.

Партия СНДП раскачивала недовольство горожан мусоросжигательным заводом, который давно пора было модернизировать. Поскольку завод должен был стоять, мы наняли с десяток футбольных фанатов, которые устроили акцию у завода, изображая защитников памятника архитектуры. Завод, конечно, плохо тянул на памятник, но ради Мерсье любой старался выглядеть лучше – даже бетонная коробка.