Хранители Мультиверсума. Книга седьмая. Последний выбор

Пытаюсь осознать свое место в жизни, так сказать. Моё – в их жизни. И их – в моей.

На выписку явился давешний представитель Конгрегации, имя которого я так и не вспомнил и про себя называл просто «Инквизитором». Что-то в нем есть такое, зловещее.

– Какие планы? – поинтересовался он нейтральным тоном.

– Без понятия, – честно признался я.

В последнее время даже не пытаюсь строить планы, слишком много сюрпризов. И инквизитор подкинул очередной.

– Есть интересное предложение для вас, – продолжил он так же нейтрально.

– Я открыт к предложениям.

Из меня хреновый глава семьи. Бездомный и безработный. Маленький коттеджик, где мы сейчас обитаем, нам предоставили без уточнения условий. Бесплатно, но никто не обещал, что навсегда. Между тем, для Центра мы, возможно, становимся токсичным активом – если Комспас нацелился именно на моих детей.

– Мы считаем, что дальнейшее пребывание в Центре может быть опасным, – сказал инквизитор, – Для вас, для вашей семьи, для окружающих.

– Возможно, – согласился я, – однако не могу не отметить, что вся эта ситуация является следствием в том числе и ваших действий.

Не думаю, что Сева один это все придумал.

Представитель Конгрегации снова не стал комментировать мои предположения. Но и отпираться тоже не стал.

– Учитывая уникальность ситуации и нашу заинтересованность в вашей безопасности, я хочу предложить вам сменить место жительства.

– Выгоняете?

– Напротив. Давайте прогуляемся, если вы не против. Вашу семью будут еще некоторое время готовить к выписке, мы успеем вернуться.

Ничуть не сомневаюсь, что их будут «готовить к выписке» так долго, как нужно инквизитору. В Центре все решает Церковь, а в Церкви – Конгрегация. Ну а нам, обретающимся тут в статусе нахлебников, выбирать особо не приходится.

Мы вышли из больницы и пошли пешком. Этот сектор, один из множества сходящихся узкими закрученными клиньями к площади, выстроен в архитектуре позднего модерна, вычурно и чуть мрачновато. В символике обильно покрывающих здания барельефов часто встречается эмблема Первой Коммуны – микроскоп, вписанный в шестеренку.

Я не прожил тут достаточно долго, чтобы детально разобраться в истории возникновения столь странного места, знаю только, что Центр – это «сборная» локаль. То есть, состоит из частей разных срезов.

Здесь довольно мило. Комфортно жить – крошечные магазинчики, небольшие кафе, много пространства для неспешных прогулок. Людей немного, чем они тут занимаются – непонятно.