Хранители Мультиверсума. Книга седьмая. Последний выбор

Не найду слов, чтобы его описать, это что-то совсем в моей жизни новое. И мне оно, пожалуй, нравится, несмотря на всю причудливость ситуации.

– Они готовы, муж мой, – тихо сказала Алистелия, – мы ждали только тебя.

Я не стал уточнять, как это у них получилось. Лучше не вдаваться в детали.

Здешняя больница мало похожа на наши. Какая-то… академическая, что ли? В ней не пахнет антисептиками и хлором, интерьер холла в стиле модерн, медсестры в кружевных накрахмаленных колпаках. Солидный врач с седой бородкой принял нас без всякой бюрократии и расспросов.

Нас явно ждали. Может это глупо, но я нервничал и бегал из угла в угол как самый обычный будущий отец, и бросился навстречу вошедшему доктору с самым обычным: «Ну что? Ну как?».

– Девочки, – сказал он спокойно, – и мальчик. Все здоровы, все чувствуют себя хорошо.

– Слава богу! – выдохнул я.

Меня нарядили в халат и провели в большую светлую палату. Женщины мои выглядели усталыми и осунувшимися, но довольными. И какими-то… Исполнившими долг, наверное.

Я сразу почувствовал это в атмосфере.

– Как вы, дорогие мои?

– Не так все и страшно! – оптимистично заявила Меланта, – хотя бывали в моей жизни моменты и получше. В это место приятнее впускать, чем выпускать оттуда.

Она откровенно похлопала себя внизу живота.

– Мы справились, муж наш, – тихо сказала Алистелия.

– Мальчик – мой, – с гордостью сообщила Таира.

– Пфуй, девочки лучше! – засмеялась Меланта. – Ты кого больше любишь, мальчиков, или девочек?

– Я вас люблю, – сказал я машинально, не вдумываясь.

В тот конкретный момент это было чистейшей правдой, но все вдруг как-то странно замолчали и уставились на меня так, как будто я невесть чего ляпнул. Мне аж неловко стало.

– Да потрогай ты их уже! – со смехом нарушила смущенное молчание Меланта, – они не стеклянные!

Младенцев уложили на один широкий столик с мягким углублением, и они были, на мой взгляд, совершенно одинаковыми. Не розовыми и щекастыми, а слегка сизоватыми и очень маленькими.

Глазки закрыты, носики сопят, а больше ничего не видно из-за пеленок. Как они их различать-то будут?

– И который тут мальчик? – спросил я неуверенно.

– Вот мой сын! – сказала Тайра, без колебаний ткнув пальцев в левого. На мой взгляд, он ровно ничем не отличается от остальных.

Я осторожно коснулся его щеки. Сын (мой сын, мамадорогая!), недовольно пошевелил в ответ носом. Ну вот я и стал отцом. Сразу троих.