Исполнитель

– Я не возьму, Мария, – тихо, серьёзно ответил рыцарь. – Я от чистого сердца помог вам.

– Тогда нам остаётся только молиться за тебя… – очень тихо сказала девушка, отпуская его руку.

– Молитесь, – столь же негромко, совершенно серьёзно сказал Первей. – Мне это очень нужно.

Когда Мария ушла так же неслышно, как и явилась, он лёг на лавку, застеленную овчиной, и усмехнулся. Конечно, чистое сердце, и опять же благородный поступок… И вовсе не обязательно знать бабушке и внучке, что в основе всего представления лежит вот этот листок бумаги.

Кстати, Первей так и не понял до конца, отчего нельзя было провернуть всё тихо, без лишних свидетелей. Да и не особо вникал, если честно – это дело Голоса Свыше…

«Потому что иначе у господина прокурора возникнут серьёзные подозрения насчёт тебя и этой бумаги» – звучит в голове бесплотный голос – «И назваться чужим именем на этот раз тоже было нельзя, проверят. Всё должно выглядеть достоверно»

«Тебе видней. Что дальше?»

«Завтра утром вручишь её господину королевскому прокурору.

Лично, поскольку городской голова кум этому ростовщику. И обязательно утром, чтобы этот Еремей не успел хватиться пропажи»

«Как именно вручить?»

«Запоминай…»

Лёжа с закрытыми глазами, Первей слушал и слушал шелестящий бесплотный голос.

«…Вопросы есть?»

«Вопросов пока нет. Устал сегодня чего-то, хотя всего и делов было…»

«Завтра, всё завтра! Спокойной ночи»

* * *

В приёмной королевского прокурора было душно и жарко, одинокая муха осатанело билась в зеленоватые неровные стёкла окошка.

– Простите, могу я видеть ясновельможного пана прокурора?

Секретарь окинул взглядом посетителя, по виду мелкопоместного шляхтича, или странствующего рыцаря. А может, и русский дворянин, кто их разберёт теперь… В любом случае, подобный посетитель вполне может обождать.

– Тут очередь, и приём с десяти, – кивнув на сидящих челобитчиков, обливающихся потом на лавках, секретарь снова взялся за перо. Первей мягко придержал его руку. Ошеломлённый подобным нахальством чиновник вскинул глаза, и встретился взглядом с рыцарем.

– И тем не менее, – негромко, но внятно произнёс Первей.

Ни слова не говоря более, секретарь юркнул за обширную дверь морёного дуба и через минуту возник вновь.

– У вас есть пять минут, пан…

– Спасибо, – вежливо кивнул секретарю рыцарь, не утруждая себя титулованием. Незачем.

В отличие от приёмной, в кабинете пана прокурора было прохладно, гулял ветерок и приятно пахло молодыми яблоками.