Антиваксеры. Книга 1. Грустный праздник

То есть никакого выбора по сути дела и не было, да и не могло быть!

И началась Война! «Заря коммунизма», ведомая умелой рукой Бабушкина, ежедневно выпускала как программные статьи, призывающие к вакцинации, так и короткие истории из жизни шахтинцев, которые бесстрашно прививались, а после этого немедленно находили клад, выплачивали ипотеку за две недели и становились успешными бизнесменами. Тут же публиковались заметки и о людях, поверивших во вред прививок. Они после нескольких дней, проведенных в страшных мучениях (уволили с работы, поднялся процент по ипотеке, сдохла любимая крыса и пр.

), как правило умирали. Андрей Николаевич трудился без устали. Он даже не сразу заметил свое значительно поправившееся материальное положение. Тираж рос, газета успешно продавалась, и как-то вечером Бабушкин, случайно открыл на телефоне Сбер, а потом минут десять в шоке смотрел на цифру своего зарплатного счета, не веря собственным глазам. До него вдруг дошло, что максимум через полгода его голубая несбыточная мечта – квартира в неоновом Центре – станет реальностью. И он впервые за много лет напился.

Газета вместе с ее главным редактором процветала. А штат редакции, для которой пришлось арендовать приличное офисное здание в центре города, наполнился молодыми расторопными людьми, ведь в одиночку такой объем работ Бабушкин уже не вывозил. Но тут совсем некстати у Андрея Николаевича случилась нелепая и дурацкая размолвка с Главой по поводу Дня вакцинации. И после нее молодые расторопные люди взяли всю работу по выпуску газеты на себя, полностью оттеснив Бабушкина от руководства.

В итоге, хоть формально он и оставался главным редактором «Зари коммунизма», но фактически ничего теперь не решал, не писал и не делал.

Впрочем, мавр и так уже с блеском сделал свое дело. К моменту его отлучения от газеты почти все пенсионеры Шахтинска, кроме особо упертых, успели привиться сами, и принудили к этому своих младших родственников. В ход шли абсолютно все, даже весьма грязные методы (исподволь рекламируемые Андреем Николаевичем в его вроде-бы невинных на первый взгляд статейках) – и обещания лишить наследства, и угрозы выписать с занимаемой площади или потерять коляску с внуком по дороге в детсад, и предложения купить огород в тридцать соток и полностью засадить его картошкой, и многое другое… В итоге, через три месяца после начала кампании в городе было привито восемьдесят шесть процентов жителей.