Антиваксеры. Книга 1. Грустный праздник

Каждый житель находится либо с одной, либо с другой стороны баррикад – с нами, или против нас. Однако ни властям, ни антиваксерам абсолютно не нужны события, которые могут изменить существующий баланс. Ведь никто не знает, что произойдет в результате такого изменения. Проще не рисковать и сохранить статус-кво. Поэтому всех вполне устраивает сложившееся положение, и раскачивать лодку никто из нас не собирается. А убить Бабушкина, это все равно, что перевернуть ее и утопить со всеми пассажирами.

И кто из них в итоге выплывет, а кто утонет – одному Богу известно. Поэтому решиться на подобный шаг может только неведомая нам третья сила.

– Какая сила? – встрепенулся начальник управления ФСБ, полковник Бритвин.

– А вот вы и выясняйте, какая, это ваша работа, – отрезал Соловьев, – но давайте лучше о насущном. Прежде всего надо срочно решить, объявлять нам официально о смерти редактора или нет?

Евгений Васильевич был совершенно прав, поставив вопрос таким образом – известие об убийстве Андрея Николаевича могло привести к непредсказуемым последствиям, но и сокрытие преступления могло спровоцировать события еще более непредсказуемые.

Выбрать из двух зол меньшее казалось невозможным.

Завязался жаркий спор, в котором не участвовал лишь прокурор города, старший советник юстиции Александр Александрович Беккер, занимавший свой пост еще с незапамятных времен. Злые языки в органах на полном серьезе рассказывали молодым коллегам, что Беккер представлял прокуратуру Шахтинска на коронации Елизаветы второй.

Невысокий, плотный, с густой белой шевелюрой, городской прокурор сидел в своем уютном кресле без малого полвека. Ему было далеко за семьдесят, однако по остроте ума и сообразительности Александр Александрович мог дать фору любому. Но сейчас прокурор молча сидел на стуле и рисовал в блокноте какие-то загадочные квадратики, кружочки и треугольники.

– А может объявим, что он своей смертью помер, например, от инфаркта, или пьяный из окна выпал, да и похороним в закрытом гробу, – предложил Котов, – а дело об убийстве замнем, нам не впервой.

– Можно и так, – устало сказал Глава, которому подобная мысль тоже приходила в голову, – но все равно День вакцинации будет безнадежно испорчен самим фактом смерти главного редактора «Зари коммунизма», а этого допустить никак нельзя.