Цейтнот. Том 1

Илья Полушка и Сергей Клевец читали «Пролетарский листок». Тут все свои, вот и демонстрируют запрещённую прессу без опаски вылететь с курсов младшего начальствующего состава.

Смуглые и черноволосые близняшки Фая и Рая сидели у радиоприёмника, который тихонько наигрывал фокс-марш «В цирке начинается жизнь», и то посматривали на приятелей-пролетариев, то выразительно переглядывались между собой.

Уголки губ погружённого в медитацию Льва Ригеля всякий раз в такие моменты слегка приподнимались – не иначе обладавшие способностями к ментальному общению барышни мысленно костерили своих бывших кавалеров.

Тот факт, что молодые люди завели себе новых подружек, равнодушными сестёр не оставил.

Ещё здесь не было Максима Бондаря, но он подчинялся мне лишь номинально. Отсутствовал и наш непосредственный начальник Александр Малыш.

В январе ему присвоили звание кандидат-лейтенанта, я же пока так и оставался старшиной. Он – руководитель команды, я – его заместитель. Что тоже весьма и весьма неплохо, поскольку в отличие от других групп у нас рядовых и ефрейторов не было вовсе, сплошь кандидаты и сержанты, все с курсов младшего начальствующего состава.

Команду именно по этому принципу и сформировали: комендатура ОНКОР поделилась с институтом перспективными молодыми кадрами, дабы те набирались опыта и хоть как-то отрабатывали своё содержание.

Я потянулся и хрустнул костяшками, оправил униформу с четырьмя лычками на левом рукаве и символикой РИИФС на клапане нагрудного кармана. Больше – ничего, никаких наград.

Мог бы нацепить, просто не посчитал нужным, как не стал делать этого и Матвей. А вот Фая и Рая щеголяли лентами сразу нескольких медалей, в том числе и республиканской «За оборону Белого Камня».

Мне таковой не пожаловали, но, если разобраться, то и не должны были. Отчасти печалило лишь то обстоятельство, что наградные документы по другим делам так где-то в высоких кабинетах и затерялись. Впрочем – плевать. Медаль «За боевые заслуги» дали, в старшины произвели, содержат, учат, развивают – что ещё нужно?

Славы и всенародного признания? Нет.

Пожалуй, всё же нет.

Я поправил оттягивавшую пояс кобуру и глянул на учебник, но зубрить экономические термины и законы не хотелось, вот и заколебался.

Митя Жёлудь эту мою нерешительность неведомым образом уловил и предложил:

– В «очко»?

Мы если и не приятельствовали последнее время, то давным-давно закопали топор войны, и всё же я покачал головой.

– Не хочется.