Мор

На дворянские хоромы он не тянул, но явно принадлежал человеку зажиточному. Два этажа, крытая черепицей крыша, застекленные окна, небольшой ухоженный сад. Сбоку каретный сарай, позади какие-то постройки.

– Убийство, – сквозь зубы процедил глава стражи.

– В доме проживали господин Кальмич с супругой, – поспешил вмешаться настоятель. – Им принадлежал склад у реки, и, когда хозяин не явился утром на работу, управляющий забеспокоился и отправил посыльного. Тот не смог достучаться и побежал за стражниками.

Ну а они уж дверь и взломали…

– Дверь была заперта?

– Да. Изнутри.

– Кто еще входил внутрь?

– Те стражники и мы, – ответил Ульрич и отвернулся в сторону.

– Господин Дрозд распорядился дождаться вас и ничего не трогать, – подтвердил Ян Горач.

– Ну что ж, давайте осмотримся, – вздохнул я, изучая вывороченный засов. – Как убийцы проникли в дом?

– Подломили дверь с задов, – пояснил Валентин.

– Ясно.

Я переступил через порог и сразу уловил неприятный запах смерти.

Прошел через небольшую, скудно обставленную гостиную и, уверенно миновав ведущую на второй этаж лестницу, зашагал по темному коридору.

– Да, нам в кабинет, – засеменил следом настоятель.

– Ждите здесь.

Я заглянул в просторную комнату, но и там не учуял ничего особенного. Лишь бесы слегка шелохнулись, но они просто почуяли недавнюю смерть. Что, впрочем, и неудивительно – тут ведь не чернокнижник ритуал проводил, а экзорцист.

Скверны здесь быть не должно.

Обогнув белевшее на полу тело покойника, я попросил Ульрича послать кого-нибудь снять ставни и вернулся к распятому на полу мертвецу. Именно – распятому. Имевших хождение в ордене Изгоняющих хитрых пут у побывавшего в доме убийцы не оказалось, и он без лишних затей прибил ладони и лодыжки жертвы гвоздями со странными квадратными шляпками. И прибивали хозяина дома к полу еще живым – вокруг ран на доски натекло достаточно много крови.

Да и кляп опять же…

Я заглянул в мертвые глаза, присмотрелся к оставленному узким клинком треугольному отверстию на левом виске и поднялся с колен.

– Принесите фонари!

Сам отошел к письменному столу, заляпанному воском прогоревших свечей. В стоящем рядом канделябре тоже остались лишь огарки. Здесь же свернутый ковер и убранные к стене стулья.

Выходит, сначала освободили место, потом прибили хозяина к полу и провели ритуал.