Виртос

Небо было затянуто черной пеленой – наверное, так выглядела бы освоенная людьми поверхность колонизированной безжизненной планеты. Рядом со мной начали сгущаться несколько очагов появляющихся квадратов и линий. Одно мгновение – и разноцветные образы превратились в группу пугающих созданий – гуманоидные фигуры, тела которых покрыты металлической чешуей. Большинство пластин заканчивались лезвиями, лица же чудовищ имели злобный вид. Ртов на мордах стальных монстров не было. «Бежать. Быстро бежать!» – с этой мыслью я без оглядки устремился прочь от этих тварей.

– Ну и куда ты помчал, эй?! – Раздался крик мне вслед. Чтобы наверняка привлечь внимание, существо свистнуло. – Аарон!

Я встал, как вкопанный. Озарение, словно канистру нашатырного спирта подставили мне прямо под нос. Аарон – это мое имя. Это я.

– Ты знаешь меня? – разворачиваясь, я даже не удивился, что мое тело покрыто такими же металлическими пластинами.

Группа состояла из четырех существ. Все они различались по комплекции и высоте.

Судя по пропорциям одной из фигур, ею вполне могла бы быть женщина. Или правильней было бы назвать ее женской особью?

– Вы же не думаете, что вместо плана мы будем просвещать очередного нуля? – обратилось одно из существ к своей группе. Невысокий, но крепко сложенный. Странно, как гуманоиды вообще могли говорить, учитывая отсутствие ртов на их страшных рожах.

– Не смеши, Зизи. Как будто Страйк когда-то требовал серьезного планирования, – фигуристое существо общалось приятным грудным контральто.

Мои догадки подтвердились, под жезелной чешуей скрывалась представительница женского пола. После ответа она посмотрела на меня. – Ты ведь ничего не соображаешь, да?

– Думать я могу. Но не знаю, что со мной происходит.

– Давненько нулей не было. Хоть какое-то разнообразие, – раздался язвительный комментарий самого высокого из созданий.

– Мы знаем друг друга, – оглядывая группу, сказала тварь примерно моей комплекции, – но с тобой мы не знакомы. Бывает, у новеньких вроде тебя стираются воспоминания.

Побочный эффект сенсорной депривации. Твое нынешнее смятение со временем прояснится.

Мысли на счет кошмарного сна начали улетучиваться, уступая место мыслям о кошмарной реальности. И эта реальность виделась мне страшнее кошмара. Идея ущипнуть себя мне показалась настолько же сумасшедшей, как и все происходящее.

– Мы – инопланетяне? – кажется, я очень удачно пошутил: все гуманоиды посмеялись.

– В определенном смысле, да.