Мертвая кровь

Фамильяр шамана.

Семнадцатое июля, праздник единения. Один раз в год Бе-ко-фе совместно с другими высокими кланами устраивают гуляния в своих крупнейших городах. Певцы и музыканты, иллюзионисты и акробаты, фейерверки и бесплатные угощения. В общем, исправно обеспечивают лервов зрелищами и развлечениями. Что позволяло поддерживать высокую репутацию «змеиного» клана среди населения Костяного Пятна. Взгляд Меддера зацепился за гирлянду, натянутую между двух домов, увешанную одинаковыми клановыми флажками.

Змея, обвивающая меч, на сиреневом фоне. Когда-то в молодости он провел небольшое расследование, заинтересовавшись гербами высоких кланов. Бе-ко-фе – один из двух кланов, о чьем гербе трибун так и не смог найти достоверных источников. Сами они пускали слухи, что все ящеры произошли от змей, и что это благородное и сильное животное. Хотя змей на Вайсе отродясь не водилось, а ученые утверждали, что ближайшие родственники ящеров – океанские чудовища, дети Тритона. Когда Чжу-сен проходил недалеко от мертвого лерва, от трупа бросились в рассыпную несколько мелких теней. Линн на полном автомате плеснул маны в мостовую и незадачливых ящериц-падальщиков сдавило камнями до хруста.

В полуразрушенной одежной лавке за составленными в центре столами собралось немало людей. Масляные лампы и большой переносной вихревой светильник разгоняли вечернюю тьму. Командиры разных отрядов первого, второго и третьего отделов, бегающие с докладами стражники из младшего офицерского состава, деканусы и комиты, личные гвардейцы клана Бе-ко-фе вместе с самим главой клана, магиструс третьего отдела Аспекта Контроля Балседис Ву и местный трибун Аспекта Обороны.

Позже оборонщики наверняка пришлют кого-то званием посолиднее, из разведки и штаба.

– Тан Балседис, приветствую, – коротко уронил Меддер. – Тан Бе-ко-фе, примите мои соболезнования. Четвертый отдел обязательно отыщет зачинщиков теракта.

Виньор Бе-ко-фе, немолодой мужчина сорока восьми лет с клановыми темно-фиолетовыми волосами, выглядящий лет на тридцать пять, устало кивнул.

С главой «змей» Чжу-сен не был настолько хорошо знаком, чтобы обращаться по имени.

– Возьмешь дело себе? – с некоторым недовольством поинтересовался магиструс третьего отдела.

С трибуном Балседисом Ву отношения у Меддера весьма натянутые. Поскольку Чжу-сен являлся протеже бывшего магиструса четвертого отдела, и его карьерному продвижению можно было только позавидовать.