Умница Эллиот

С вечера мы с мамой собрали вещи, а мисс Хуанита приготовила мне прощальный паек из своей мексиканской кухни, включающий в себя три блюда. В девять утра за мной заехал один сержант из части, и повез меня в Форт Сэм. По пути я съел паек мисс Хуаниты, только вскоре об этом сильно пожалел. Едва мы только прибыли в часть, я сразу же ринулся искать здешний сортир.

– Тостер, ты куда это намылился? – вдруг спрашивает сержант. Его фамилия была Ахерн, он был ирландских корней. Рослый детина, футов все пять, наверное.

А я переминаюсь с ноги на ногу и чувствую, что вот-вот все из меня брызнет наружу.

– Мне в туалет очень надо.

– Сержант.

– Чего?

– Здесь к человеку обращаются по званию, рядовой Тостер. Это тебе не театр, черт возьми.

– Хорошо.. То есть, так точно, сержант. Будьте добры, скажите, где здесь торчок?!

Сержант Ахерн только ноздри раздул, и руки в бока уткнул.

– Черт побери, Тостер! Неужели ты не мог справить свои дела дома?! Это твой первый день, тебя ждет туча гребанных дел – медкомиссия, психолог, знакомство с ротой и штабным сержантом.

А ты тут по прибытии сраную эстафету устраиваешь! Быстро пулей в казармы, торчок найдешь по нюху! Помни, зарекомендуешь себя засранцем, до конца армии им и останешься, так что даю тебе ровно десять минут, понес свою задницу!

Я рванул как сумасшедший к длинным амбарным постройкам, которые звались казармами. Там я и правда очень быстро нашел армейский туалет по запаху, аромат там можно было учуять уже с улицы! Пока я переводил дух, сидя в торчке и кленя мексиканскую кухню, я услышал, как в соседней кабине кого-то промывает еще получше меня.

Сделал я, значит, свое дело, шарю рукой, а бумагой здесь и не пахнет, тогда я набрался смелости и говорю:

– Слушай, у тебя там бумаги случайно нету? У меня в кабинке пусто.

Тут что-то зашуршало, и в щели снизу появилась какая-то листовка.

– Меня тоже обделили бумагой, – говорит парень из соседней кабинки.

 – Похоже, на всех ее здесь не запасешься. Держи этот военный буклет, их у меня в кармане целый ворох, на призывном пункте в Джексоне сдуру понабрал, теперь оказалось не зря, у них тут дефицит бумаги.

На моем буклете была такая надпись: « Не ударь в грязь лицом – сражайся за свою родину!» Я поблагодарил его от души и хорошенько подтерся.

Вышли мы, значит, из кабинок и познакомились уже в нейтральной обстановке.