Прощай, Похерония!

Затем смотрит наши чертежи и придирается, «проводит свою линию»:

– Разве это прямая линия? Вот как надо линии чертить!

Изрисует весь чертеж красными кривулинами и спрашивает:

– Вы согласны с замечаниями?

Если студент соглашается, то ставит «четыре» или «пять»! А тем, кто спорил и за идеальные работы двойки ставил!

«Преподобный»-химик страдал амикошонством (чрезмерной фамильярностью).

– АЛКхимики! – обращался он к нам: АЛКализация – это вам не ваше времяпрепровождение, а подщелачивание! Люди новые элементы создают! А вы только два «элемента» способны «создавать»: «КАЛий» и «мочевину»! Вашу группу надо ДЕКАНтировать – отделить чистую среду от осадка! (Но мы, почему-то вспомнили о декане).

Химия, вообще, нас вначале обрадовала. Мы узнали, что, оказывается, спиртов в природе много! Но затем химик разочаровал, объяснив, что все спирты ядовиты! Даже этиловый! Другие спирты нам ума хватило не пробовать, но «цэ-два-аш-пять-о-аш», шалишь! Пусть другим «заливает», кто за «воротник не заливает»!

А «преподобный»-физик говаривал нам:

– У вас не ум, а вакуум! Вы еще – элементарные частицы!! А группа ваша – «черная дыра»!!!

Любой опрос он превращал в КОЛлоквиум: ставил направо и налево колы! За это мы прозвали его «КОЛориметр».

Получившие «колы» собирались в одной комнате зализывать за пивом раны и называли это «КОЛонией». Вначале хвастались своими «КОЛлекциями» оценок, но, напившись, они ужасно ругались:

– Эбонит, твою… ГАДолиний!

У математика, вконец уставшего от нашей дремучести, как-то вырвалось:

– КонкретиНзирую.

А в обыденной практике он называл нас «приближенные к человеку значения».

Этот «препод» был большой моралист, и пытался скрыть свои тайные вздыхания по одной из девушек нашей группы. Но, когда она вдруг «попала в положение» при соучастии самого главного хулигана на курсе, математик не сдержался.

– Это каноническое разложение натурального числа.

– В результате сложения с отрицательным числом, – продолжил он, показывая на Серегу-хулигана. – У положительного числа появились признаки деления на два! А может быть на три и более!!! Это ли не доказательство неравенства этих чисел! Доказательство от противного!

– От очень противного!!! – закончил «препод», с ненавистью глядя на Серегу.

А «препода» по политическим наукам звали Цитадель.