Будем жить!

В поселке жили люди, которые работали в городе и, стало быть, имели деньги. Кроме того, здесь был садоводческий кооператив "Управления внутренних дел". Садоводы, в основном, были пенсионеры, ранее служившие в органах. Воровать у них было опасно. Пенсионеры ещё пять лет назад вычислили, кто грабит их домики и в погожий, летний день прикатили на двух "Уазиках" в Бурелом. Они пинками согнали всех местных к машинам. Затем седой, огромный мужчина сказал тихо, но страшно:

– Запомните, выродки, если ещё кого-то увидим в нашем саду – убьём!       Приезжие поколотили дубинками мужиков и уехали.

Страх прошел быстро, и на очередной пьянке мужики поклялись, что будут мстить обидчикам.

Так с того года и повелось. Деревенские мужики ходили по ночам воровать в поселок, а пенсионеры держали своё слово. Выпивка в деревне появлялась, но и мужики пропадали. Всего за пять лет не вернулись трое. И только одного нашли утопленным в реке, а остальные пропали без следа.

Самый молодой из оставшихся в живых мужиков был Сашка.

Он заехал после армии проведать родную деревню, да так и остался в ней. Сашка называл всех деревенских мужчин незнакомым словом "Сталкеры". Но больше им всем нравилось называть друг друга "Ворами".

В такой свободной и рискованной жизни был особый кураж, и особое, дурашливое веселье. Но веселы они были, только выпив, а с похмелья драчливы и злы.

В один из дождливых осенних, уральских дней мужики пришли к Марии и стали требовать денег. Денег они не нашли и тогда взяли святой для неё предмет – икону.

Старуха дико закричала, схватила топор и одним ударом разрубила скамью, чудом не убив, соскочивших охальников. Мужики бросили икону и выбежали из избы. На улице они долго выкрикивали угрозы. Но Мария не слушала, а стояла на коленях, вымаливая у Бога прощение за вспышку злобы. С тех пор, уезжая в церковь по воскресеньям, икону она прятала.

Однажды в недобрый день, вернувшись, она застала вместо дома одни головёшки. Мария пошла к "коммунарам". Те сидели все дома трезвые, угрюмые и молчаливые.

Старуха оглядела их и сказала:

– Что, не смогли икону найти, так решили со злости дом спалить? Эх, глаза бы мои не видели, до какого скотства вы дошли! Успокойтесь, уйду я из деревни, уйду сегодня же! Но Бог вас за грех накажет!

Мария собрала всё, что не сгорело, и ушла в лес. Остановилась она у лабаза, где хранила, подальше от "коммунаров": травы, варенье, муку и другие припасы. Только она вырыла землянку и мало-мальски обстроилась, как пришла зима.