Зеркала судьбы. Черные барханы

Но белокожий гигант, казалось, улыбается, даже по-детски радуется.

Санара села, песок за спиной осыпался, заваливая яму в которой она провела всю ночь. Она коснулась ладонями шершавой чешуйчатой челюсти и притянула к себе. Прижалась к прохладной коже лбом.

Странные образы мелькнули перед ее взором: бескрайние пески, гигантские остовы скелетов, высушенные солнцем черепа. Следом пришло чувство безграничной тоски. Она хотела, послать ответный утешающий образ, но жажда все еще давала о себе знать, и ящер почувствовал это.

Дракон отступил еще, слегка развернулся и присел, вытягивая крыло, словно приглашал на себя забраться. Санара поднялась и ощутила, как заходил ходуном песок, а мир поплыл куда-то вбок и вниз. Она упала на колени и ощутила легкий толчок в спину, а затем тихое урчание. Волосы взъерошило близкое дыхание зверя. Дракон урчал и подталкивал ее на крыло. Санара поползла, на четвереньках, как в детстве, неуверенно и шатко.

Наконец она забралась на шею гиганта и прильнула к прохладной чешуе всем телом.

Санара ощутила влагу пальцами и не сдержалась, стала слизывать капли росы с дрожащих чешуек, не боясь порезаться. Ящер утробно заурчал, словно засмеялся от нестерпимой щекотки. Она благодарно прижалась щекой к влажной коже и подумала о цветах, прохладе и воде. Чувство счастья и радости стало ответом.

Дракон выгнул шею. Что-то хрустнуло, чешуя с боков вздыбилась, и проступили хищные изогнутые наросты. В бою полезная штука и нападать и защищаться, поняла Санара, но сейчас он сделал для меня упоры, чтобы я не свалилась.

Она согнула ноги в коленях, размещаясь почти с комфортом.

Ящер повел шеей, поднял и опустил крылья, словно убеждался, что наездница сидит крепко. Удовлетворенно рыкнул и стал взбираться на ближайший песчаный гребень. Наконец он резко рванулся, взмахнул, и Санару на мгновение прижало к прохладной шкуре гиганта. Они взлетели, разгоняя песчаную пыль.

Медленно, словно пытаясь что-то показать своей маленькой подруге, дракон набирал высоту и поворачивался, озирая горизонт.

Санара оторвала голову от прохладной шеи зверя. Она узнала, то, что совсем недавно в образах пытался передать ей ящер.

Та странная белая скала, за которой она пыталась скрыться от солнца, оказалась клыком невероятных размеров. В приступе жажды и бессилия она не рассмотрела зубы поменьше, торчащие клиновидным частоколом, почти присыпанные песком.

Но это не главное.