Пси

Я многого достиг в этом нелегком деле, приноровившись управлять сознанием. Все бы хорошо, однако в двадцатом веке немецкие евреи вдруг изобрели подсознание. Диверсия оказалось удачной, вирус прижился в массовом сознании. И теперь драгоценное состояние пустоты часто нарушают вопли голодных призраков. Издержки профессии. Некоторые полевые менеджеры ищут спасение в семье, смещая вектор страха с себя на близких. Иные предаются сложным формам порока, третьи становятся религиозными фанатиками. Но как ни разгоняй карусель, лошади никогда не догонят друг друга.

– К непосредственной деятельности приступишь завтра, – продолжал компанейски щуриться Джонс. – Будет интересно. Обещаю. Биологический сектор нынче у старших в приоритете. Ханна Бриг введет в курс дела. Будешь работать под ее началом. Ты даже не представляешь, сколько это болотце скрывает чудес. Кладезь!

Лукреций довольно хлопнул в ладоши и расхохотался. А я внутренне усмехнулся. Он определенно переигрывал. Однако в том и крылась суть маскарада. Только тузы и шестерки могут позволить себе искренне подурачиться.

В этом есть некоторый шик, плавно переходящий в экзистенциальный оргазм, который в итоге и губит всю партию. Но затем чьи-то волосатые руки снова собирают рассыпанные карты, меняют козырь и начинают новую партию в того же самого «подкидного дурака».

– Господин Джонс, – я почтительно улыбался, потягивая пиво из заляпанной жирными пальцами кружки, – не терпится приступить к делу. Я полностью в вашем распоряжении.

– Тьфу ты! Какой я тебе господин.

Мы здесь все свои в доску. Доктор Джонс, Лукреций, Лука. Дружок, оставь эти барские замашки генералам. Пусть они друг другу яйца полируют. Мы представляем науку. Это священная квинтэссенция лучших умов человечества. Мы как зубья одной расчески – вычищаем вшей невежества вместе и неотделимо. Ты еще юн, и твое эго поллюционирует на собственные же амбиции. Бывает. Однако завязывай. Здесь ты созреешь как ученый, возмужаешь как личность. Держись меня, сынок, и будет тебе благо!

– Доктор Джонс, разрешите вопрос.

– Валяй.

– Прежде биологический сектор возглавлял профессор Стребухов. Как служитель науки, я был воспитан на его трудах. И надеялся встретиться с ним. Где он?

– Димка… – Джонс грустно вздохнул. – Димка был нашей мощью и твердью. Но он покинул нас. Такое на Пси случается. Мы здесь не из колбочки в колбу мочу разливаем, приходится рисковать. Взрыв метана на границе Великих Болот превратил в золу его аэроскутер, когда он брал пробы.