Чертовщина

И где плашка с выпуклым стеклом? Но это стало не важно, когда Макар поднёс фитили трёх свечей к огоньку, приподнял и, когда те подожглись, помещение осветилось ещё лучше. Взору Николая предстало пять штук больших икон. Он подошёл к полке, взял одну из них. Она была маленькая, близкая по размеру со смартфоном, то есть легко умещалась в карман джинсов. Провёл по ней пальцами. Свет позволял разглядеть изображение матери и сына на её руках. Интересно, она рукотворна? Сейчас это не суть важно, потом знающий человек оценит.

Николай засунул её в карман джинсов.

Тимофей наблюдал, как Васильев расставляет по помещению зажжённые свечи, но больше его интересовала Грошикова, стоявшая впереди. Его взгляд скользил по всему её телу и дольше всего задерживался на бёдрах в обтягивающих чёрных джинсах, которые показывали, что никакой округлости в них нет. «Что же тогда в тебе такого притягательного?» – думал он. Груди нет, сочной задницы нет. Может, её неукротимей характер. По всей вероятности, это так, ведь до неё он очаровывал девушек и женщин, не затрудняясь, и они отдавались ему.

А Анна сопротивлялась перед его обаянием. Именно это и подогревало его интерес к ней. Он понимал, что выглядел как собачонка, подлизывающаяся к своей хозяйке, и что Грошикова сейчас не самое главное – самое интересное происходит вокруг. Но ничего не мог с собой поделать: малышка захватила всё его внимание. Её рыжие волосы, собранные в косу, доходящей до таза, очень круто смотрелись в свете огня. Какие они на ощупь? Мягкие и шелковистые, наверное. Тимофей решил это незамедлительно проверить.

Анна с разворота всадила свой локоть в грудь наглому придурку с фамилией Фадеев, когда тот сначала ухватился за её волосы, а затем приложил свою мерзкую ладонь к её ягодице и сжал пальцы, при этом прошептал на ухо: «Хватит сопротивляться, малышка». В каком бы гневе она не была, её мысли занимал не он, а возгордившийся придурок, который в данный момент достал из пакета видеокамеру с откидным экраном, включил её и поставил на полку за собой.

Со спермобаком она разберётся позже: поговорит с ним и напоследок обязательно ногой сделает так, что он несколько дней не будет приставать ни к ней, ни к какой-либо другой дурочке.

Анастасия продолжала разнюхивать свечи, пробовать их на вкус и гадать, что в них такого особенного, при этом наблюдая, как Васильев достал из пакета жёлтое яйцо от «Киндер-сюрприза», открыл его, вытащил моток ниток с воткнутой в него иглой, после чего убрал яйцо обратно.